Лапшевня бабули Хо — I: Пробудившийся

— Ой, блин, сорри, сорри, чувак!

Как они от нас шарахнулись! Да уж, вид у меня был грозный, хотя обидеть ребят, конечно, я и не собирался. Акцент у меня был точно не как у изучавшего язык иностранца — сложные фонемы давались с трудом из-за разницы речевого аппарата, но я произносил их я без ошибки, даже уникальную русскую «ы». Наверное, я всё это сделал чтобы произвести впечатление на Сян — и она не скрыла удивление, хоть и была весьма сосредоточена, набирая что-то на телефоне.

— Потом мне расскажешь, что это за язык, и откуда ты его знаешь.

.. Мне пришло сообщение с незнакомого номера... что они где-то... А, вот они! Смотри! Дядя Цао!

Она весьма резво потащила меня вдоль края площади, мимо ресторанов и забегаловок к фигурам, стоящих у выезда на узкий переулок. Я последовал за ней, хотя предчувствие у меня было очень нехорошее.

Хотя бы потому, что никто в группе парней в разноцветных пиджаках не мог походить на почтенного господина Цао, дядюшку Сян Гинчен и директора городского госпиталя.

Глава 16.

Юйчи Гун, ветеран музейного труда

— Стой, так там же нет никакого директор Цао? — попытался я остановить Сян.

— Как же так — не? Вон же он!

Я пригляделся — и вправду. Среди размытых силуэтов виднелась невысокая фигура почтенного господина в халате, да ещё и со стетоскопом на груди. Он улыбался, доброжелательно кивал, ну, я и пошёл в его сторону, ускорился, даже почти не чувствовал боли в ноге.

Шли мы, шли в сторону переулка, а директор Цао медленно отступал в её глубину.

Переулок был узкий, буквально метра три в ширину, с одной стороны красовалась выцветшая вывеска лапшичной, с другой — «Ремонт обуви». И всё такое было расплывчатое, размытое. Директор Цао шагнул в двери последней, нам же оставалось сделать ещё шагов пять, как вдруг...

— Бежим!! — крикнула Сян, схватила меня за рукав и потащила обратно, на площадь.

И ноги, как назло, снова стали каменные.

А из всех углов полезли товарищи в циановых и леопардовых пиджаках. Стрёмные такие, квадратные, их было не то четверо, не то пятеро.

Я увидел всё как-то одномоментно — и парней, и их электрокар, припаркованный поперёк переулка, и фигуру Сян, убегающую в сторону площади. Сян, по счастью, оказалась проворнее. Меня схватили — крепко, за локти, надавили на голову и потащили в сторону машины.

Один хмырь шагнул за Сян.

«Только бы не тронули её, а то ведь порешу», — пришла первая мысль.

Злая такая мысль. Ещё со школьных дворов из 90х. А затем я начал действовать.