Лапшевня бабули Хо — I: Пробудившийся

Рука продолжала держать трость, я дёрнул рукой вверх, сдвинув набалдашник повыше, а затем врезал по пальцам, удерживающим мой локоть. Ладонь от такого манёвра свело от боли, но трость я всё-таки удержал, и одна рука освободилась.

Ну, что ж, попробуем зажечь шаодань в ладони... Да. кажись, получилось. Так, и что теперь?

— Циановый... у него циановый! — услышал я крик буквально под ухом.

Державший меня слева отлетел до самой машины от лёгкой оплеухи в предплечье. А я чувствовал, что готов ещë. Справа снова полезли, я врезал кулаком с зажатой в нëм тростью.

И мой каменный кулак встретился словно с каменной стеной. Было больно — но не столько кулаку, сколько всем суставам и костям скелета выше. Противник явно применил секретный навык, погасив всю силу моего удара. Я явственно услышал треск его пиджака по швам. Мышцы лица и прожилки напряглись, он на миг освободил захват, словно признав поражение.

Но стоило запасу моей ци закончиться, как он тут же схватил меня за шкирку. В ответ я двинул концом трости ему по туфле, наклонился, снова вырвался, пинком в пах отправил отдохнуть следующего.

Прием стремный, но выбирать не приходидось. Ноги к тому моменту уже еле держали, и я с усмешкой подумал, что самое время свалиться и прилечь. Но тут подоспела Сян. Какой-то своей особой техникой она сперва раскидала двух хмырей, затем крикнула:

— Лови!

И весьма грубовато, едва не ударом под дых напитала мой даньтень энергией ци.

Что делать дальше — я понял сразу: валить. Если один из этих бандюганов владеет гипнозом, а второй — щитом, то лучше будет свалить.

До потока туристов и местных, шедшего по самый активным перекрёсткам площади, мы добрались быстро, затем замедлились, чтобы не выделяться. Где-то вдалеке послышался свисток полиции — ну хоть что-то в этом мире остаётся неизменным. Хотя жандармы и контролировали очень небольшую часть города — но в туристических местах их присутствие было весьма кстати.

Оглянулся — трое хмырей в пиджаках шли следом, демонстративно глядя куда-то в сторону.

Вообще, чей это район? Янсен как-то показывал динамическую карту кланов, его небольшой пет-проект, основанный на геолокации браслетов и мобильников, но все, что было западнее парка — толком я не помнил. И их было здесь слишком много. Какие-то обувщики, вокзальщики, лицеисты... думаю, им всем не до меня.

Здесь работали светофоры, а поток всех видов транспорта был мощным, не перебежать. Мы протиснулись в первый ряд ожидающих, к самому бордюру.