Перерождение тёмного архимага I. Сибирский рубеж

Надо всё-таки побольше узнать о своих врагах. Однако мой вопрос заставил княгиню перемениться в лице.

– Да, мне известна эта фамилия. Вы их знаете?

– Нет, откуда? Слышал просто, будто бы мой дядя имел с ними какие-то дела и, кажется, поссорился.

– Что ж, всякое случается, – ответила Вероника, словно желая прекратить данный разговор.

После обеда мать и дочь Жуковские захотели пойти к себе в купе. Вероника дала мне свою визитку.

– Алексей, если появятся вопросы, или помощь какая потребуется, вы не стесняйтесь, звоните.

– Обязательно, – я забрал визитку. – Думается мне, вопросы ещё появятся и не раз.

От меня не укрылся взгляд, который Марина кинула на свою мамашу. То ли упрёк, то ли ревность сквозили в нём.

***

– Мам, ты что, кадришь парня, который мне ровесник? – возмутилась Марина, когда они с матерью вернулись в своё роскошное двухместное купе первого класса.

– Мы просто мило беседовали, – с загадочной улыбкой ответила Вероника. – Что в этом такого? Приятный молодой человек и, надо сказать, очень храбрый, раз сам решил ехать к нам на границу.

– Ага, я видела, как ты на него смотрела.

– Ой, видела она. Придумываешь тоже.

– Вовсе не придумываю.

– И что? Хватит совать нос не в свои дела. Мала ещё.

– Мала? Мне, вообще-то, восемнадцать уже. Ты в моём возрасте меня родила.

– В твоём возрасте я не лезла в дела старших. Чему тебя в гимназии учили? Я что, зря тебя отдала туда? Никаких манер, – картинно вздохнула Вероника. – Сама-то, едва мальчик симпатичный попадётся, так и стреляет глазами.

– Да я тоже не понимаю, зачем ты меня запихнула в этот институт благородных девиц. Кого они должны были из меня сделать? Вообще-то, во всех нормальных семьях детей гувернёры обучают.

– Во-первых, у нас нормальная семья, не хуже других. Что тебя не устраивает? А во-вторых, у меня нет столько денег, чтобы тебе учителей на дом приглашать. Я и так, как ты видишь, продала наше московское предприятие, чтобы расплатиться с долгами.

– Да, молодец, папочка, всё в карты проиграл, а потом скопытился в тёмной области. Ещё не хватало, чтобы и ты там же сгинула.

– Успокойся, Марина, всё будет хорошо. А про отца не говори дурно. Какой бы он ни был, он погиб как герой.

За окном мелькали дома, поезд подъезжал к очередной станции. Лежащий на столике телефон заиграл мелодию.