Перерождение тёмного архимага I. Сибирский рубеж

– Алло, княгиня Жуковская слушает, – Вероника поднесла телефон к уху.

– Алло, здравствуй, Вероника Павловна, – раздался резкий мужской фальцет. – Как ваши дела? Как дорога? Всё ещё в пути, полагаю?

– Вы следите за мной, господин Любецкий? С какой целью звоните?

– Вы и сами, думаю, догадались. Вы вынуждаете меня раз за разом напоминать вам о долге. Мы уже очень давно не получаем от вас ничего, кроме обещаний. Я понимаю, у вас горе, вы потеряли супруга, поэтому я дал вам время. Но прошло уже два года. Если будете и дальше тянуть с выплатой, мне придётся наведаться к вам в гости.

– Господин Любецкий, – холодно произнесла Вероника, – не смейте разговаривать со мной таким тоном. Я верну ваши деньги, я дала слово. Этого недостаточно?

– Мы ждём, Вероника Павловна, мы ждём.

Вероника завершила звонок и в сердцах бросила телефон на столик. Звонок всё настроение испортил.

– Опять этот урод звонил? – спросила дочь. – Достал уже.

– Он самый.

***

Весь вечер я расспрашивал своего управляющего про Жуковских и прочих аристократических родах Первосибирска, но много выведать не удалось.

Гаврилов в таких вопросах не разбирался. Он мог рассказать, какая прибыль и какие расходы у моего дяди были в том или ином году, сколько людей служило у Давыдовых, сколько было недвижимости и акций, но про высшее общество Первосибирска не знал почти ничего.

Его постоянно отвлекали телефонные разговоры. Почти на каждой станции Гаврилову кто-то звонил: то охрана поместья, то брокер, то какие-нибудь управляющие.

Он гарнитуру с уха даже не снимал. А мне только Света один раз звонила, да и то не дозвонилась, поскольку поезд в это время мчался по сибирским просторам. Я перезвонил на станции, сказал, мол, всё в порядке, поговорим, когда устроюсь на новом месте и разберусь с делами.

С Вероникой и Мариной Жуковскими мы пересеклись лишь утром на завтраке, но когда я пришёл в вагон-ресторан, они уже уходили, поэтому пообщаться нам не удалось. В третий раз встретились уже в Первосибирске. Мы с Гавриловым вылезли из вагона, и как раз в это время мимо гордо шествовали Вероника и Марина.

За ними плёлся носильщик с горой чемоданов на телеге.

– Вот мы и встретились. Как тесен перрон. Кажется, нам по пути, – сказал я. – Проводить?

– Мы будем рады, если составите нам компанию, – улыбнулась Вероника.

– Да, а то ведь идти так далеко, – добавила Марина с долей ехидства.

И мы пошли втроём в направлении вокзала. Гаврилов, вёзший мой чемодан, держался позади.