Перерождение тёмного архимага I. Сибирский рубеж

– Пусть свои нравоучения запихнёт себе в жопу.

– Такой милой девушке не идёт так грубо выражаться, – улыбнулся я.

– Ой, да… простите, – резко смутилась и ещё больше раскраснелась Катя. – Мы с ребятами постоянно так общаемся, привычка уже. Мы ж не из высшего общества, – девушка неловко засмеялась. – Я не должна была при вас так выражаться.

– Ерунда.Как хочешь, так и выражайся. Тут не институт благородных девиц. Только тебе ехать надо было не сюда, а к отцу, и помириться с ним. Он заботится как умеет, тренирует тебя, защищает.

Не стоит так с ним. Будь у меня дочь, я бы тоже следил, чтобы она не спуталась с кем попало.

– Но вы не кто попало! – Катя вскинула на меня взгляд своих тёмных выразительных глаз, но тут же отвела взор. – Он не должен лезть в мою жизнь.

Кажется, я начал понимать, что происходит. Вероятно, причина крылась в нашем последнем разговоре с Сатиром. Наверное, он запретил дочери со мной общаться, и они из-за этого поссорились. Влюбилась она, что ли, в меня?

– Знаешь, что я тебе скажу, – я повернулся к Кате и внимательно посмотрел на неё.

– Вы с отцом работаете вместе, и поэтому должны помириться. И чтоб никаких конфликтов на работе. Мы тут не в игрушки играем. Поэтому забудь всё это детство, типа, «папа меня не понимает, папа мне запрещает». Тебе не пятнадцать лет, ты взрослый человек и должна расставлять приоритеты. Надеюсь, ясно объяснил?

Кажется, я говорил жёстче, чем следовало. Катя совсем засмущалась и потупила взгляд.

– Да… простите, ваше сиятельство… Алексей, – проговорила она.

– Я поняла. Вы правы. Я не должна была этого делать.

– Я рад, что поняла, – я положил руку девушке на плечо и улыбнулся. – Да ладно тебе, не дуйся. Ты – отличный боец. Иногда каждый может раскиснуть, но надо уметь взять себя в руки. Поезжай домой, протрезвей… постой, ты на машине?

– Ага.

– Тебе нельзя водить машину в таком состоянии. Я тебя отвезу.

– Нет-нет, что вы… я тогда на такси поеду.

– Возражений не принимается. Пошли.

У Кати был почти такой же «паркетник», как и у дворецкого, только марка другая и цвет вишнёвый. Я сел за руль, спросил, куда везти. Катя устроилась на заднем сиденье, назвала свой новый адрес. Подумав немного, я вбил адрес Сатира. Он всё равно узнает, что его дочь ко мне приезжала, нельзя было допустить, чтобы у нас возникли какие-то недомолвки, особенно перед самым моим отъездом.

Впрочем, Катя была настолько пьяна, что даже не поняла, куда мы едем.