Пепел Предтеч

Если бы я беседовал с такой девушкой, как Белка, на Земле, и она сказала бы мне что-нибудь в этом роде — я бы в неё влюбился, — я неохотно признался. — Как по мне, много детей — это хорошо. Конечно, когда это по своей воле и без телепатов. Родитель тратит на детей свои годы, но дети-то получают их вместо него, когда они появляются на свет. Если детей больше, чем двое — размен сразу становится в их пользу.

— С точки зрения общего блага — да, это чистая математика, — согласился Шут. — На место одной женщины в обозримые сроки приходит несколько человек, которые сами потом могут решить, чего им нужно.

В долгосрочной перспективе — сплошная выгода. С точки же зрения индивида — размен неравноценен. Он-то теряет годы свои собственные, которые мог бы провести в блаженном покое — а получает их вместо него кто-то другой. Даже если этих других — его детей, будет хоть двадцать.

— Да. Поэтому личный интерес заключается в том, чтобы детей было как можно меньше, чтобы поменьше тратить на них своё время. Пусть их делает тот, кому больше всех нужно, — я проворчал.

— Цивилизация всё равно угаснет уже тогда, когда тебе станет на это плевать.

— Хе-хе. Проблема цивилизации в том, что спасутся все вместе, и погибнут тоже все вместе, — усмехнулся Шут. — И тут у местных даже появилось средство, как устроить всё в лучшем виде. С телепатами-надзирателями между струек уже не пропетлять, потому что это не придёт в голову. Удивительно, как этой Белке вообще удалось оттянуть это дело до такого возраста. Ей на вид вроде двадцать — могла бы уже давно заделать кучу детей по лавкам, а не бродить не пойми где, с всякими проходимцами.

— То, что цивилизация нанесла ответный удар — это не удивительно, — поразмыслив, заметил я. — Для цивилизаций тоже работает естественный отбор. Останется в любом случае стоять на ногах та, которая это сделает. Меня беспокоит другое, Шут...

— Рожать людей — чтобы однажды отправить их в Извлекатель? — прошептал Шут проницательно, прочитав мои страхи. — Ну так может, оно того стоит? Чего в обмен дают, ты у Белки не спрашивал? Может, мы в плюсе?

Не будь я погружён сознанием в звенящую пустоту, я бы вспылил.

Слова Шута были все равно, что издевка. Он уже упоминал слово «размен на ценности» — но для меня это было все равно, что попирать святость жизни ногами. Словно самое бесценное, самое главное взвешивают на весах, и взамен в твоих руках — монета. Ты на неё смотришь и видишь, что ровно столько будешь стоить и ты.

— В том-то и дело, — ответил мне Шут.