Пепел Предтеч

Но зато у нас вечно свежо! И даже трубы, которые несут воздух на верхние ярусы, но могут перекачать его весь.

— Прямо как в сказке, — вкрадчиво сказал Шут, и рассмеялся.

— Но ровного места не так уж и много, — призналась Белка. — Серебряный пол идет под уклоном, так что ещё чаще мы живём в тоннелях среди скал.

— А сделать насыпь на месте наклона?

— Насыпь? — спросила Белка. Подумав, она заметила. — Наверное, так и делается. Сначала Проектором пробиваются проходы в камне, а потом слой полученной породы укладывается на пол.

Это, наверное, меньше стоит, чем сделать Проектором материю из ничего.

— Все ваши вещи тоже были Проектором сделаны? — догадался я. — Светильник, спальник, комбез?

— Да, скорее всего, — рассудительно ответила девушка. — Но я слышала, что чем сложнее устроен предмет, тем трудней его становится сотворить. Если только его не копировать. Я видела, как воспитатели с помощью Проектора копировали вещи, так что я знаю. А вот с нуля они при мне никогда ничего не делали. Вот так.

— Как все любопытно устроено, — тяжело вздохнул я. Как минимум, существование псионики уже заставило меня заподозрить, что в этом мире мне может встретиться ещё какая-нибудь чертовщина. Слова Белки мои подозрения лишь подтвердили.

К тому времени мы покинули тенистые улицы, и я увидел вдруг, без малейшего перехода, лазурные скалы. Неровная порода ломаными линиями, и волнами васильковых полос шла вверх. Мы пришли в извилистые пещеры, и под моими ногами заскользил причудливый лазурный песок.

Изумлённый этаким зрелищем, я перевёл взгляд на спутницу, чтобы сразу заметить на её лице бледность. Белка посмотрела на меня с паникой, нараставшей в глазах.

— Здесь поблизости биом! — прошептала она, в страхе оглядываясь. — Псих, тихо! Не вздумай ничего сотворить.

— Если рядом здесь биом, то и всякая живность поблизости бродит, — Шут лениво отметил. — Давай. Оглянись!

Только сейчас я вспомнил о своем чувстве, которое рисовало мне картину обстановки, словно я ощупывал её руками.

За беседой с Белкой я отвлекся — и только теперь мое сознание раскрылось, будто цветочный бутон. Я словно воспарил в воздухе и полетел во все стороны разом, «просеивая» сознанием, подобно сказочному неводу, пространство. С каждым мгновением я зрел в воздухе, среди пещер небесного цвета, все больший объём.

Неожиданно я остановился, достигнув границы своей способности видеть.

— Ты чувствуешь что-нибудь? — спросила моя спутница, испуганно на меня глядя.