Пепел Предтеч

Словно раздвигая перед собой волны, он вырвался наружу и коснулся её сознания, как протянутая сквозь пространство рука.

Девушка подскочила на месте, словно ужаленная. Моя мысленная команда, похоже, вывела её из ступора. Рванувшись с места в карьер, она побежала в тот же проход, из которого секунду назад пришел я.

Шут издал странный смешок, с удовольствием наблюдая за Белкой. Она пробежала от нас так близко, что я задохнулся от страха – он легко мог выставить ногу и подставить девушке подножку, или просто схватить её сразу за шиворот.

Ему помешал, верно, лишь оставшийся недобитым враг, который именно в этот миг бросил попытки достать меня телепатией.

Досадливо скривившись, главарь поднял пистолет и попытался нажать на спуск. Но по непонятной причине, это у него не вышло. Спусковой крючок не сдвинулся ни на миллиметр, зато нехорошая усмешка на лице Шута стала шире. Он взмахнул ладонью, и пистолет вырвался из рук мужчины, после чего покатился по полу.

Вновь что-то случилось, из-за чего Шут оказался к врагу вдруг вплотную, и я увидел растекающийся в чужих глазах страх.

Он не успел ничего сделать, когда мой кулак погрузился глубоко ему в бок. Мужчина с чёрными глазами охнул, и осел на пол. Шут схватил его за волосы, запрокинул ему голову и заставил взглянуть на себя.

- Ты здесь главный, не так ли? – впервые я услышал холодный голос Шута собственными ушами, и вздрогнул от странного чувства. Голос, звучавший внутри моей головы всё это время, почти не отличался от моего. У него поменялся немного тембр и тон, и Шут говорил в другом ритме, резко и бесцеремонно – но у него был мой голос.

Теперь я чувствовал это со всей очевидностью.

Не добившись внятного ответа, Шут схватил мужчину за грудки, и с несвойственной человеку силой поднял его так, что его ноги болтались над полом. А затем он ухмыльнулся, глядя в испуганные чужие глаза, и начал осыпать его жёсткими ударами.

Он бил расчетливо – словно каким-то звериным инстинктом чуял, как надо ударить, чтобы причинить непереносимую боль, но при этом его не убить.

Захлебывающийся крик прервался жалким скулёжом, с хлюпаньем разбитым окровавленным носом, и стоном сквозь зубы.

- Не убивай! – мужчина начал умолять, и Шут лишь на миг приостановился, будто в раздумьях. – Я всё отдам! Послушай! У меня есть Извлекатель!

Шут замер на месте, словно его ударили по голове. Его кулак остановился, в считанных миллиметрах от рёбер врага. Приободренный, мужчина продолжил, захлёбываясь, говорить.