Пепел Предтеч

Я летел над поверхностью серых стен, словно притяжение чужой крови манило меня, как магнит. Голос тревоги умолк понемногу за моей спиной, исподволь исчезая в ночном безмолвии коридоров и тоннелей. Белка бежала не туда, куда надо, и лишь всё дальше и дальше уходила от безопасности, вместо того чтобы стремиться к ней. Возможно, она даже не слышала рёв тревоги.

Вокруг меня царило безмолвие, ведь от обитаемой зоны до логова Глухача было далеко. Ничто здесь не напоминало о переполохе. В какой-то момент я лишь с облегчением осознал, что Белка сообразила остановиться.

Или же она просто устала? О более плохом положении дел я и думать не смел.

Пульсация пси-зрения внезапно выхватила из пространства чужой силуэт, и я с облегчением узнал в нём Белку. Ускорившись, я рывком пересёк пролёт среди стеснённых скал, где порода оставила для меня тонкую щель. Компактный светильник на комбинезоне капнул на камень стен лучиком света, кажется, впервые за мириады лет. Просвет в стене был столь тесен, что не будь пси-зрения, я бы его не заметил.

Мне пришлось входить в него боком, и в какой-то момент я заметил, что на другом его конце мелькнула женская тень.

- Белка, это я – Антон! – я поспешил успокоить её. Я уже слышал, как она отступает назад, и пси-зрение осветило мне контуры кармана в скалах, где спряталась Белка. К нему вела единственная узкая щель, в которую мне едва получилось протиснуться, а дорога из него вела в никуда.

- У неё прямо тяга забираться в тупик и хлопать оттуда глазами, пока её не найдут, - усмехнулся Шут.

– Что в прошлый раз, что сейчас. Быть может, она нарочно старается?

- Пси-зрения у неё нет, и она не может заранее знать, куда прибежит, - возразил я. – К тому же – это отличное убежище. Будь я чуть толще, вообще сюда бы не влез. А без пси-зрения пробежал бы мимо, даже не заметив.

- Ты всё-таки зануда, Антон, - вздохнул Шут, но замолчал, к счастью.

- Аня, это я! – поспешно я крикнул.

Я приближался к ней аккуратно, чтобы не испугать.

Мой нагрудный светильник выхватил из тьмы тоннелей её лицо, и я внимательно взглянул в него. Длинные волосы девушки были в беспорядке растрёпаны, словно её голова занялась красным пожаром, а по гладкому, словно алебастр, лицу пролегли пыльные пути слёз. Она ищущим взглядом зелёно-голубых глаз заглянула ко мне в лицо, затаив дыхание и прижав ладони к груди, будто и впрямь – белка, маленький напуганный комок страха.

- Аня, я здесь, - повторил я.