Кровь и гром (рабочее название)

Тогда, пожалуй, получишь такое зарево”, продолжал рассуждать он. Сейчас он был готов придумать самые невозможные сказки, лишь бы не впасть в отчаяние.

Они решили, что осторожность никогда не бывает лишней и выбрали долгий, кружной путь. Почти час шли низинами через холмы, по колено утопая в грязи. Бережно прижимали оружие к груди, боясь лишний раз намочить сталь. Поднимали щиты над головой, в тщетной попытке защититься от разящих сверху стрел дождя.

Все для того, чтобы выйти к домам с запада, со стороны залеска. Внезапные атаки обычно удаются, когда тебе есть, где укрыться.

Хофманн слышал, как в темноте гребцы шмыгают носами. Плащи они оставили позади, чтобы идти налегке. И без того несли на себе немало оружия. А холод и сырость сделали свое дело. Завтра, без сомнения, многие слягут с простудой.

“Если кто-то из нас доживет до утра”.

Добравшись, наконец, до заросшей лесом лощины, они пошли медленнее. Строй их разбился еще когда они пробирались по холмам. Сейчас они представляли собой неорганизованную толпу.

Хофманн смотрел, как хирд окончательно разбивается на группки по двое-трое человек, чтобы удобнее было искать путь через бурелом в темноте. Хирдсманы двигались почти беззвучно, только сопливое шмыганье доносилось то с одной, то с другой стороны. Один за другим, они скрывались за деревьями.

- За мной, - махнул рукой Ролло кормчему и паре ветеранов, оставшихся с вождем.

Через лесок, по самому дну ущелья тянулась нахоженная тропинка. По ней-то и выбрал идти Ролло, за что Хофманн был ему благодарен.

Песок в суставах сегодня казался особенно крупным. От холода и влаги колени плохо гнулись, а пальца еще плохо слушались после весла. Пускай через подлесок прорываются молодые.

Закинув щит за спину, он взял копье обеими руками. Одной удерживать скользкое от воды древко становилось трудно.

Они шли друг за другом, выстроившись цепочкой на узкой тропе. Деревья плотно обступали их двумя стенами, оставляя узкий коридор. Над дорогой ветви смыкались, образуя арку. Хофманн вздохнул спокойнее, деревья хотя бы спасали от дождя.

Идти стало легче. Впрочем, теперь сильнее пахло дымом. Почти удушающе. Сердце в груди забилось очень быстро, точно пытаясь пробить грудную клетку.

“Почему какая-нибудь беда случается именно тогда, когда я хочу просто отдохнуть?”, устало думал Хофманн, с каждым шагом все сильнее опираясь на копье. “Не пойди все по пизде, я бы сейчас грелся перед очагом. Ел бы суп из свинины и хлебал теплую брагу. Слушал бы, как поет дочка Ролло.