Тысяча Граней-2. Турнир Пяти Башен

Недоверчиво взглянула на гостью, прищурив глаза.

— Я правду говорю! — суккубка отступила, спина уперлась в шершавую стену — бежать некуда. Даже за изнанкой эфира не спрячешься, Садара её достанет и там.

— Присмотри за ней, — ханира кивнула в сторону Фахисы. — Я проверю.

— Присмотрю, — Садара оскалилась, кнут в её руках свернулся в пружину, готовый для удара.

Закрыв глаза, Найрин перешла на эфирное зрение. Черпающим силу из изнанки демонам и тёмным магам подобное недоступно, а вот ангелы и светлые способны в пространстве эфира видеть происходившие недавно события… и даже проследить по оставленному там следу, куда бежал возможный убийца.

Но даже если так, ханире нельзя отдаляться от господина более чем на две сотни шагов — привязана магическими узами. Чего не скажешь о Садаре — она демон и привязана к демону, поэтому не ограничена рамками.

— Она не лжёт, — наконец, открыв глаза, Найрин опустила меч.

Фахиса с облегчением выдохнула.

— Хорошо, — Садара кивнула. — Но она хотела изнасиловать господина.

— Верно, — Найрин усмехнулась, остриё клинка угрожающе поднялось на высоту глаз — мечница готова колоть и рубить.

— Сумасшедшие! — взвизгнула суккубка. — Убьёте меня — и ваш господин взъярится на вас!

— Уже и поиздеваться нельзя? — Садара хихикнула, убирая кнут.

Найрин поддержала ту ехидным смешком, меч брызнул во все стороны искрами, растворился в воздухе, будто и не было никакого оружия в руках ханиры.

— Сучки! — выдохнула Фахиса. — И всё равно я получу то, ради чего сюда пришла!

— Конечно, получишь, шлюха, — брезгливо бросила Садара.

— Хочешь сказать, вы бы не хотели оказаться на моём месте? — настал черёд суккубки ехидно ухмыляться; она смерила высокомерным взглядом обнажённых прислужниц Вахираза.

— Нет… не хотели бы! — слукавила Найрин, голос предательски дрогнул, выдав ложь.

— Ну да, — бровь Фахисы насмешливо вскинулась. — Видела я, как ты к нему ластилась.

— Всё это не важно! — отрезала Садара, рубанув ладонью по воздуху, словно действительно что-то отсекла.

— Господин любит только Алаю с Орилой!

— По голосу слышу, что вы тоже не прочь избавиться от этих человечьих самок, — Фахиса довольно осклабилась…

* * *

Как странно. Проснулся я не от кошмара, а от визга знакомого голоса и глумливых смешков Садары и Найрин. Глаза всё ещё закрыты, и с кровати вставать не тороплюсь. Я поморщился, вспоминая голос. Фахиса? Давно её не видел… Тянет эту пчёлку на мой медок.