Питер Пэн должен умереть

—О, кажись, это один из твоих дружков, — приложил ладонь к уху Вик.

—Ты б поспешил, а то его там походу на части режут, — хихикнул Пик. — Бывай, дурилка!

Феи, посмеиваясь, улетели прочь, Макс же помчался на крик. Продравшись сквозь густые заросли он выскочил на широкую поляну. И тут его ждали разом две новости — хорошая и плохая. Хорошая новость — Макс отыскал Куста, который на первый взгляд вроде даже был цел и невредим. Плохая — это могло измениться в любую секунду, так как покуда Куст, не прекращая истошно орать, висел на прогнувшейся под его весом ветви, в паре метров под ним бесновался огромный кабан, который, судя по всему, всерьез решил взять дерево на таран.

И у него бы это с блеском получилось, так как с каждым ударом зверя дерево шаталось все сильнее. И чем громче трещала древесина, тем пронзительнее становился ор Куста. Макс же, увидев перед собой огромную зверюгу, на миг потерял дар речи. Немудрено. Он, конечно, подозревал, что кабан размерами превосходит простую свинью, но не настолько же! Почти полтора метра в холке и весом, наверное, под две с половиной сотни килограмм — такая зверюга на полном ходу и машину в лепешку размажет, а от человека и вовсе мокрого место не оставит.

Под ногой Макса предательски хрустнула какая-то веточка — пропади она пропадом! — и кабан, перестав терзать жалобно стонущее дерево, повернулся к новому противнику. Глядя в мелкие злобные глазенки зверя, что копал копытом землю, Макс с шумом сглотнул, а через миг и сам не понял, каким образом он сумел отпрыгнуть в сторону — огромная туша ракетой пролетела мимо в каком-то волоске, чуть не вспоров Макса здоровенными загнутыми клыками.

Не успел он подняться на ноги, как ему вновь пришлось проявить чудеса недюжинной ловкости, чтобы увернуться от зверя — и снова в самый последний момент.

Разъяренный кабан издал оглушительный рев, а Макс же сделал то, что сделал бы любой другой вменяемый человек на его месте — развернулся и дал деру. Топот копыт был уже совсем близко и в нос Максу ударила резкая вонь немытой шкуры, когда он резко свернул направо и перепрыгнул через плоский валун.

Кабан, не успев сообразить, куда делась его добыча, еще какое-то время по инерции бежал вперед — но после злобно хрюкнул и вновь понесся вслед за Максом, с каждой секундой неумолимо сокращая дистанцию.

Бегать он никогда не любил, однако ничто так не заставляет с воодушевлением передвигать ногами, как несущийся за тобой во весь опор огромный злобный зверь.