Питер Пэн должен умереть

Быть может, попробовать закричать? Но что если эти самые жевуны где-то поблизости, а у него с собой только бесполезная деревянная игрушка… В этот самый момент перед Максом замаячили два огонька — один ярко-голубый, а второй кислотно-зеленый. Макс потер глаза — но огоньки не исчезли. Мало того — один из них вдруг произнес писклявым голосом:

— Че, громила, заплутал?

— А вы еще кто? — осторожно спросил Макс, не зная, следует ли ему опасаться маячащих в воздухе штук или нет.

— Новенький что ль? — пропищал зеленый огонек.

— А хрен его знает, — сказал первый. — Для меня эти увальни все на одно лицо.

Огоньки застыли в воздухе напротив лица Макса и он наконец смог разглядеть своих новых знакомых. То были малюсенькие человечки — каждый размером едва ли с указательный палец — одетые в аккуратные штаны и курточки, которые, похоже, были сшиты из листьев.

— Вы — феи? — в восхищении протянул Макс, разглядывая человечков.

— Нет, крокодилы, — ответил первый фей. — Просто хвост отвалился и пасть сплющило.

Макс озадаченно поскреб пятерней затылок. Откровенно говоря, при слове «фея» в голове всплывал образ некой улыбчивой женщины с волшебной палочкой, а не гопники-недоростки. Но жизнь вносит свои коррективы.

— Вы можете помочь мне найти друзей? — спросил Макс. — Кажется, я действительно заблудился.

— Можем… — кивнул первый фей.

—…но не будем, — закончил второй.

— Почему? — спросил Макс.

— А с какой стати мы тебе вдруг помогать должны, большеног? — хмыкнул первый фей.

— Ага, — поддакнул второй. — От вас, верзил, одни проблемы — то шумите на весь остров, спать мешаете, то деревья рубите, а мы на них, между прочим, живем. Точнее, влачим жалкое существование, так как с такими соседями не жизнь — пытка.

— Так что если хочешь помощи — плати давай, — первый фей подлетел почти вплотную к Максу и потер друг о друга указательный и большой пальцы. — А если платить нечем — катись колесиком.

— У меня с собой ничего нет, но я могу отдать вам что-нибудь после того, как вернусь в лагерь, — попытался договориться Макс.

— Веришь ему, Пик? — сощурил глазенки первый фей.

— Не-а, Вик, — ответил второй, скрестив руки на груди. — Брешет. Мне как-то раз один из громил пообещал два наперстка яблочной бормотухи за щепоть пыльцы. До сих пор жду.

Макс начал судорожно размышлять, как ему уговорить несговорчивых фей, как вдруг откуда-то издали раздался чей-то пронзительный вопль. А через секунду — еще один.