Добрые Люди

Через миг новый толчок разорвал площадь пополам, а трещина устремилась к ближайшим строениям разрывая фасады зданий. Я не удержался на ногах и рухнул на мокрые камни.

[1] Шапель — наголовье в виде неглубокого купола с широкими полями, оставляющими открытым лицо.

Глава тринадцатая

— Это было плохим решением, — причитал Гариус. — Ни хрена же не видно.

— Ты считаешь нам следовало остаться там? В компании проклятых? — Тэсс дышала мне в ухо.

— Но и соваться в эту крысиную нору, тоже не лучший выбор.

— Гар, просто признай — ты боишься темноты.

— Вот ещё, — фыркнул щёголь. — Всего лишь лёгкий дискомфорт. Эта мразь перекрыла мой поток, а так ведь всё нормально? Да? Мы лезем в логово пещерного тролля с оголённой задницей.

— Уймись, — отрезала Тэсс.

— Впереди свет, — прохрипел Мальвик.

Я приложил лезвие меча к горлу пленённого разведчика и прошептал тому на ухо:

— Если мне покажется, что ты вдохнул слишком глубоко, то выдыхать будет уже твой обезглавленный труп.

Кажется, с этим парнем мы стояли в дозоре на башне у Хранителя.

— Я… я… — он задышал коротко и часто.

— Умолкни. — Я слегка надавил на клинок.

— Впереди никого, — сообщил Мальвик.

— Сэр Тормик, как ваши пистолеты? — спросил я у рейтара.

— Мокрые, — буркнул кавалерист.

— Тэсс?

— Мой поток так же перекрыт, — прошептала владеющая.

— Кажется, сейчас прозвучит дело заключается в следующем, — хмыкнул Гариус.

Я надавил разведчику стопой под колено, заставив того сесть на землю.

— Смотрите за ним, — сказал я и, перехватив райтшверт, направился к освещённому участку.

Признаться честно, я опасался встречи с человеком в жёлтом плаще, пускай чутьё мне и подсказывало, что впереди никого нет. Не забывал я и о своре изменённых оставшихся в городе: по какой-то причине они избегали разрушенного фонтана, и когда мы спускались в провал, всё ещё сновали тенями в проулках не решаясь выходить на площадь. Но всё могло резко измениться, а потому следовало скорее разведать подземные ходы и по возможности отыскать следы чистого — красноглазый оказался непростым орешком и вполне себе мог сейчас восседать на остывающем трупе противника.

Я пробирался медленно, вслушиваясь в каждый звук. Землетрясение, которое почти разрушило город, совершенно не затронуло подземную часть древнего поселения. Гариус всё твердил про какие-то разломы, оборачивая слова академическими терминами и прочей чушью, от которой сводило скулы.