Наномашины, сынок! Том 1

И тут…

— У… уа-а-а-а! – Теодор снова заплакал, как и подобает двухлетнему ребёнку, а не личинке надменного аристократа.

Дверь резко распахивается, и влетает воспитательница, перед которой открылась картина.

Я и Максим, стоим над плачущим Теодором.

Так, погоди.

Ой, да дранный ты кот. Да что за несправедливость-то?!

— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!

*****

Ежеглавная рубрика «Новости на Первом Имперском!»

Реформа учебной системы показала свою эффективность.

Практика показывает, что дети в детсадах, учащиеся по особой программе, показывают куда лучшие результаты после выпуска.

Но у этого есть и другая сторона.

Если тебя оттуда исключат – абсолютно все приёмные комиссии будут знать причину, и закрыть на неё глаза уже не смогут.

Глава 13

Мы с Максимом сидели в кабинете воспитательницы.

Да ёмаё.

— Уму не постижимо. Просто невероятно! В первый же день! Да вы же детки, вы карапузы - карапузы не должны драться! Откуда в вас столько жестокости?! Вы как эти… кто там в новостях? Каннибалы маленькие!

Я вздохнул и покачал головой.

Максим же был крайне недоволен текущем стечением обстоятельств, и уже готовился надюзать в штаны в качестве защитного механизма. Понимаю. Тоже хочу.

А Теодор… ну чё Теодор, его в срочном порядке увезли в городскую частную больницу. Он там такого наговорил, и что сердце болит, и животик порвался, и сознание теряет, и дышать тяжело! А он же у нас, как выясняется, сын одного из спонсоров этой шаражки! Конечно за него переживают!

Уроды.

— Я не знаю что с вами делать, - цыкнула красная от злости директриса, - Так не может продол…

— Со мной, - перебил я.

— А?!

— Не ш вами. Со мной. Я удалил. Макфима отпуштите.

— А Теодор сказал…

— Теодол – мелкий, лживый плидулок!

«Обнаружены первые признаки энергопсихоза. Успокойтесь»

Воспитательница распахнула глаза от моей наглости и таких слов из уст ребёнка. Я цыкнул и тут же отвёл глаза, пытаясь найти хоть что-то, что нам сейчас поможет!

Чёрт, она ведь и Макса сейчас погонит! Он-то вообще просто рядом стоял!

Пострадает мой друг.

Расстроятся мои родители. Мама… будет плакать. Уже не от счастья. Не хочу. Нельзя.

«Нельзя. Нельзя, что бы нас выгнали. Мама расстроится!», - я водил глазами, - «Что сказать воспитательнице? Чёрт, она заранее предвзята, почему взрослые такие сложные?!»

И тут…

Я цепляюсь глазами за камеру в углу кабинета.