Возгарка I

Встретился с непроглядной чернотой в глазницах — такой же, как у меня — и бросился бежать, не собираясь вступать со зверюшкой в рукопашную. Здоровенная псина рванула следом, взрывая землю когтями, обламывая мелкие ветви и наверняка истекая слюной. Я слышал ожесточённое дыхание назади, но оборачиваться стало бы ошибкой.

Нет, при желании я сумел бы удрать, отдав все силы на рывок максимального ускорения, после которого все мышцы будут ненавидеть меня до следующего приёма крови. Но ведь мы здесь собрались не за этим, так ведь?

Моя задача — вывести оборотня на поляну, где мы приготовили сеть.

Так что я перемахивал через коряги и надеялся не угодить сапогом в какую-нибудь нору.

Но ситуация осложнилась, как-то часто бывает при хорошо заранее продуманных планах. Я недооценил скорость бестии, следовало сразу выкладываться на полную.

Зверюга почти настигла меня, изловчилась, прыгнула, оттолкнулась лапами от древесного ствола, оцарапав кору, и снесла меня боковым тараном. Сокрушительный удар выбил воздух из лёгких — благо мне не нужно дышать — и переломал бы все рёбра, не будь я вампиром, да ещё в доспехе.

Мы покатились в вихре ярости и сухой листвы, не слыша ничего, кроме ожесточённого рыка: тот рвался из обеих глоток, но у волчары получалось убедительнее. Когти мохнатой твари дико рвали покрышку бригантины, высекали искры из оголившихся стальных пластин. Я скалился и давил предплечьем в мощное горло, не давая клацающей перед лицом пасти его выкусить: совершенно не хотелось узнать, сколько времени уйдёт на выращивание новой морды.

Да и не дадут мне спокойно нарастить свежее мясцо с хрящами, глазными яблоками и всякими-там сопливыми пазухами.

От братика Николы несло мерзкой псарней, жесткая шерсть топорщилась на загривке, и этот Тузик возил меня по лесному опаду, будто игрушечного зайчика. Шлем я отдал Брониславу — для собственного душевного спокойствия, — так что волосы сейчас нахватались хвои и наверняка обзавелись членистоногими пассажирами.

Но вылавливать жучьё будем позже, сейчас есть проблемы посерьёзнее.

Удалось выхватить нож, смазанный аконитом. Лезвие несколько раз вошло в печень оборзевшей псины. Перчатка начала скользить от крови, бочина зверюги засочилась струйками дыма, будто от едва занявшегося трута, но волк даже не заскулил и не отпрянул, а продолжил трепать и елозить меня по земле.

Стало совсем не весело.

Мне удалось подтолкнуть ступню под его брюхо и с усилием отпнуть прочь.