#Бояръ-Аниме. Кодекс Аристо

— Так теперь выглядит благодарность рыцарю за спасение красавицы-принцессы?!

— Да вы не волнуйтесь, это не обвинение и даже не подозрение, мы просто беседуем! — успокаивает меня князь.

— Значит, я могу быть свободен?!

Князь едва заметно вздрагивает, и высокие, тщательно выбритые скулы вспухают желваками. Видимо, я ломаю привычный паттерн общения с допрашиваемыми, точнее, с опрашиваемыми, как любят формулировать представители силовых структур Империи.

— Вы забываетесь, юноша! — отвечает князь, выделяя слово «юноша», и резко размыкает рукопожатие.

— Вопросы здесь задаю я, а вы — отвечаете! И отвечаете лишь тогда, когда того пожелаю я!

Покорно склоняю голову, пряча усмешку, а затем смотрю Бестужеву прямо в глаза, всем своим видом выказывая готовность к сотрудничеству. С такими «настоящими полковниками» лучше действовать в рамках их же ожиданий, не внося сумятицу в прямую, как единственная извилина, логику.

Выдержав театральную паузу, Бестужев достает из лежащего на столе кожаного портфеля белую картонную папку.

Медленно расшнуровывает ее, поглядывая на меня исподлобья, и вынимает несколько скрепленных канцелярской скрепкой листов. В левом верхнем углу приклеена моя фотография, сделанная в Родовой Высотке для паспорта, а справа от нее крупным шрифтом отпечатано мое имя.

Он молча читает, быстро скользя взглядом по строчкам. На зависть египетскому сфинксу лицо Бестужева не выражает никаких эмоций. Я терпеливо жду, даже не пытаясь разглядеть написанное.

— Когда вы узнали о сегодняшней встрече? — наконец, прерывает молчание князь.

— Примерно три часа назад.

— Кто был ее инициатором?

— Меня пригласила Наталья Николаевна Романова лично, — четко отвечаю я.

— Звонок, нарочный или официальное приглашение?

— Первое, — я выбираю один вариант из трех.

— Ваш разговор кто-либо слышал?

— Нет!

— Вы сообщали кому бы то ни было о предполагаемом месте и времени предстоящей встречи?

— Главе Рода и Руководителю Тайной Канцелярии по совместительству — Великому Князю Игорю Всеволодовичу Шувалову.

— Больше никому?! — Бестужев подозрительно щурится, и его лицо становится похожим на физиономию дознавателя из третьесортного сериала.

— Никому! — уверенно подтверждаю я, не желая впутывать Трубецкую в очередные неприятности.

На меня накатывает скука. Странное сочетание с усиливающейся головной болью, если подумать. Разглядываю моложавое лицо собеседника и гадаю, почему в этот раз меня не взяли в работу мозгоклюи-дознаватели.