Кровавый вкус победы

Но зато здесь никто не задаёт вопросов, на которые не хочется знать ответ — замотанный в неряшливые тряпки нищий, у которого я спросил дорогу, лишь сверкнул глазами из-под низко надвинутых лохмотьев и махнул рукой, указывая на узкий переулок.

Висевшая на одной петле дверь таверны отворилась со страшным скрипом. Хмурый хозяин, увидев меня, лишь молча показал на шаткую лестницу, по которой я поднялся на второй этаж.

Менкар ждал меня в тёмной и неуютной комнате, в которой вся мебель была неаккуратно сдвинута в угол, а по центру начерчена многоугольная фигура, окружённая загадочными надписями.

Сам маг избавился от своей яркой мантии и сейчас был одет в видавшую виды походную робу. Скрестив руки на груди, он оценивающим взглядом созерцал своё творение.

На мой вопрос:

— Интересно, как ты узнал об этой дыре? — Менкар чуть заметно вздрогнул, возвращаясь из своих мыслей в реальный мир. Сперва он попытался отшутиться:

— Язык до чего угодно доведёт, а не только до захудалой таверны, — но потом не удержался от ехидства: — И вообще, почему я, чужеземец, ориентируюсь в ваших городах лучше, чем коренные велифарцы?

— Может, потому что не все готовы посвятить жизнь превращению в справочник по всему на свете? — не остался я в долгу.

— Хватит изображать наставника Улунбея, — поморщился чародей. — А то того гляди борода вырастет.

— Я не доживу, — опрометчиво пошутил я. Менкар сразу помрачнел и вновь уставился в пол:

— Знаешь, у нас в Алишере один северянин преподаёт боевое прорицание.

И хотя живёт он там уже много лет, иногда наставник впадает в ностальгию и начинает рассказывать, что нет для воина большей доблести, чем погибнуть в бою с могучим противником. Я такого подхода никогда не понимал, но думал, что мало ли — острова, суровый климат, ледяные ветра... Но ты-то, вроде бы гражданин цивилизованной страны, — и тоже поддерживаешь какие-то совершенно варварские обычаи?

Я ненадолго задумался, подбирая слова, но вскоре ответ пришёл сам собой:

— Вот ещё, я вовсе не собираюсь там помирать.

Скажи мне, сколько человек в истории вернулось живыми из Бездны? Трое? Пятеро?..

— Четверо, — буркнул, перебив, чародей. — И, согласно легендам, это было в те времена, когда сами боги бродили по Саладере.

Я пожал плечами:

— Самое время пойти по стопам древних. И вообще, зачем ты рисовал все эти знаки, если всерьёз собирался меня отговорить?

— Потому что без малого пять лет наблюдаю за твоим бараньим упрямством.