Кровавый вкус победы

Когда я бросил взгляд на отрубленную голову, губы вампира всё ещё шевелились.

— Приветствую, Древний… — прочитал я.

Несколько минут потребовалось мне, чтобы отмыться от крови. Потом я позвал солдат.

— Да это сам Де Вилль! — воскликнул капитан, вбежавший первым. — Знатная добыча, господин генерал!

Мне же всё стало безразлично. Я смотрел в костёр, на котором жгли вампира, чтобы «поганец не посмел воскреснуть». Никто толком не знал, умеют ли вампиры возрождаться к жизни, но то, что убить их действительно трудно, — факт.

Костёр же снимает все сомнения. В отблесках пламени я видел свою смерть. Укушенный вампиром неделю испытывает слабость и головные боли. Выпивший при этом его крови — обречён...

Боль. Настырная, ноющая боль, словно разрывающая всё тело на части. Глаза открыты, но разглядеть я могу лишь сероватые тени.

Так это был просто кошмарный сон — слишком яркое воспоминание о ночи, ставшей началом моего конца — от ядовитой крови чудовищ не существовало противоядия.

Бесконечность боли была разорвана ледяным всплеском, по щекам потекло что-то мокрое и холодное.

Я вздрогнул и вновь обрёл способность видеть.

Открывшаяся картина невольно заставила меня улыбнуться: обнажённый по пояс здоровенный демон сосредоточенно полощет в глубокой миске грязновато-серую тряпицу.

— Очнулся-таки? — поинтересовался Антинаэль, заметив мой взгляд. — Колдун сказал менять тряпки, пока не очухаешься.

— Где мы? — обстановка комнаты совершенно определённо была мне незнакома.

— Гостиница «Радушие Короны».

— Самая дорогая гостиница Леондоры, — присвистнул я. — А, впрочем, неважно. Пошикую напоследок, а с долгами пусть кто-нибудь другой разбирается. Ты, например, — и с притворным весельем посмотрел на демона.

Антинаэль прищурился, явно подозревая, что его разыгрывают:

— Ты что, помирать собрался? — уточнил он. — Ты сумел выбраться живым из Бездонных Провалов, а теперь собираешься тихо отдать концы в собственной постели?

— Я очень болен. И отправляясь за тобой, знал, что жить мне осталось трое суток.

— Тогда зачем ты это сделал?

— Хотел завершить свою жизнь ярким и безумным поступком. Не для кого-то, а именно для себя. Теперь я с уверенностью могу сказать, что не знал в этой жизни поражений.

Откинулся на подушках, позволяя себе вновь погрузиться в темноту.

Но темнота не принесла желаемого облегчения. Вместо успокаивающей чёрной бесконечности я видел жуткие хари неведомых монстров, с равной жестокостью терзающих как моё тело, так и душу.