Йормундур

Удерживаясь на широко расставленных ногах, ловкачи стоят на плоских досках, рассекая по волнам: то взмывая в небо, то ныряя в самую пучину. Фигуры мужчин наклонялись из стороны в сторону и сгибали в нужный момент ноги, чтобы дивная лодка скользила по воде, как по твёрдому льду. 

Близко тех людей Стюр не разглядел, но были они в железных шлемах, скрывавших лицо наполовину. Тела их полураздеты и блестят, как рыбья чешуя, покрытая местами змеиным узором, словно татуировкой. Один из незнакомцев схватил Олалью, чудом не потерявшую свой плащ, удерживая её одной рукой за талию, а другой обхватил то ли копьё, то ли висло, сунутое подмышку.

 

Стюр оправился от минутного смятения, погрёб что есть мочи к ближайшему гребцу и схватил того за скользкую лодыжку, опрокинув в воду. Налегая грудью на гладкую доску, норманну удалось взобраться на неё, но не успел он подняться на руках, как из воды взмыл тот самый гребец, словно речной лосось. 

Враг направил сверкнувшее копьё в Стюра, тот, встав на ноги, ухватился руками за древко и повалился спиной за борт вместе с противником.

Когда берсерк вновь пошёл ко дну, гребец оказался сзади, древко копья-весла прижалось к горлу, и дыхание оборвалось. Как ниоткуда перед Стюром возникло второе существо в шлеме с круглыми прорезями для глаз. Рот амфибии открылся, впуская солёную воду, и из гортани словно пошла дрожь – так это племя переговаривалось. 

Стюра подняли на поверхность.

–  Хватай руку! – раздался мальчишеский голос сверху.

 

Ансельмо с облепившими кожу мокрыми волосами тяжело дышал, крепко держа одной рукой гриву огромного коня, чья белая голова торчала из воды. Морда животного переливается, подобно диковиной малахитовой чешуе, уши походят на прозрачные плавники, кончаясь длинными торчащими перьями. Животное пускает пар из ноздрей, а глаза его голубые, что человечьи. 

Ансельмо помог товарищу взобраться на коня к себе за спину, амфибии подтолкнули нормандца за ноги.

Когда зверь резво погрёб вперёд, стало ясно, что круп его кончается длинным рыбьим хвостом, как у мурены, а вместо передних копыт – широкие ласты. 

Во время заплыва Стюру пришлось крепко обхватить мощную конскую шею, прижимая к ней и Йемо, ведь морское создание ныряло и вновь выпрыгивало из воды, как дельфин. Очутившись наравне с двумя скалами, спутники поняли, что те почти ушли ко дну, оставив вершины с четырьмя знамёнами.