Законы Рода

Ты же слышал про нападение на их поезд? Да, паскудство с этими мартышками проклятыми… Так вот, мои ребята прикрыли твоего внучка перед следователями местными, — усмехнулся Савельев. — Ничего не натворил. Тварь из разлома прикончил. Да, на камеру попал… Заходит в купе, убивает тварь, выходит и глазом не моргнул. Неплохо для тепличного мальчика. Хотя он у тебя здоровяком вымахал, конечно. Чем-то запретным, небось, в детстве кормили? Эксперименты алхимические ставили на нём? Не будет же подкидыш таким богатырём сам по себе! Ой, да мне-то не заливай.

И да, когда твой гонец с документами прибудет?

Золотарёв так и не ответил на его вопрос. Всё, что требовалось от старого друга, он уже получил. Вскоре могут начаться проблемы и вопросы, и ему хотелось выкроить как можно больше времени для Морозова и внука. Если гончие и помчатся по их следу, то теперь в обоих городах им будет крайне сложно хоть что-то нащупать.

— Кстати, если тебе интересно, то внук твой с его нянькой успели набедокурить и с мафией засветиться.

Благо это были люди Кармазова. С ними уже всё порешали. Да нет, что я, изверг какой?! Да не вспоминай… Это в прошлом. Просто отправил всех, кто его видел, в… Тебе знать это необязательно. Далеко отправил. К вечеру в стране не будет.

Двое мужчин, поняв, что больше говорить по этому вопросу не о чем, слегка поностальгировали и пообсуждали ничего не значащие для них двоих сплетни. В первую очередь — князя Краснодарского. Гаврилин, по мнению обоих графов, перешёл все границы, и дел после всего, что тот устроил в своём княжестве, с ним никто иметь теперь не будет.

По крайней мере, они и их друзья, что были далеко не последними людьми в империи, ещё не раз и не два припомнят этому болвану его длинный язык. Итогом стали перестановки в княжестве и гибель весьма уважаемого лично ими рода.

Савельев, как и многие другие, не знал о внезапных изменениях в роду Берестьевых, а Золотарёв и не собирался его просвещать. Очень уж много тайн всплывёт из-за раскрытия истины.

И это может помешать придуманному Максимом, а вернее его отцом Дмитрием, плану по возрождению рода.

«Пускай всё затихнет. Пускай последний свободный член рода исчезнет, — думал про себя граф Золотарёв. — Морозов уже однажды смог это сделать. И Максим сможет. Тем более с таким наставником рядом».

Старики закончили говорить, и Савельев Александр Михайлович ещё раз вызвал своего главу разведки. Вскоре постучали в дверь.