Я [унижаю] аристо

Протектораты, располагавшиеся на границах бесконечных коренных земель Империи, она всегда показывала мне, ведя пальцем против часовой стрелки.

И я начал вспоминать их названия в том же порядке:

— Чухонь... Поляндия... Бесаратия... Зекистан... Южный Сибур... Северный Квансон... И Джиппон? — Я убедился в правильном количестве загнутых пальцев на своих руках. — Семь, вроде...

— Не совсем. — Покачал головой Ратмир. — Бесаратия, Валакия и Трасваалия были объединены в Восточные Балкары тридцать лет назад. Устарели ваши учебники.

— Я не по учебнику помню... Погоди! — Я невольно схватился за голову. — Так это что значит... Значит, что если всё то, о чём говорится в пророчестве исполнится, то... То Империя распадётся, что ли?

— И все её осколки погибнут. — Ратмир снова спокойно кивнул без тени иронии. — Потому, что после этого начнётся такая резня, что былая смута покажется детской сказкой...

— И ты... И ты в это веришь?

— Я это видел. — Ветеран оставался серьёзен. И его взгляд вновь устремился куда-то далеко за стены.

— Но... Как?

— Ты же общался с самой Хангой, пацан... Должен знать, как оно бывает.

— Но... Ты же не из... — Я припомнил слова Ромула о том, что фамилия Боровика говорит о том, что он точно не из аристократического рода. — У тебя же...

— Не голубая кровь? У тебя, так-то, тоже... — Израненные губы снова слегка изогнулись в лёгкой усмешке. — Моя кровь подревнее этих выскочек будет, пацан... — С этими словами Ратмир покосился на повязку вокруг туловища, на которой выступило несколько тёмных пятнышек.

Глава 8. Упрямец

Оттянув ворот и без того растянутой грязной футболки, Ратмир вдруг забрался измазанными в крови пальцами прямо себе под кожу чуть ниже левой ключицы...

— Только не падай в обморок. — Заметив мою реакцию, боец снова криво усмехнулся. — У меня искусственная грудина и половина рёбер. Крови можешь не бояться.

— Да я и не боюсь.

Растянув похожий на кожу покров, он засунул пальцы поглубже и, наконец, вытянул оттуда наружу небольшой цилиндр, слабо светящийся бирюзой.

Всё это время ветеран продолжал слегка улыбаться. Если эти манипуляции и доставляли ему какие-то неприятности, то он умело это скрывал.

— Видел такое? — Он протянул ко мне ладонь и продемонстрировал покрытый какой-то мутноватой слизью цилиндр.

Предмет был размером с одну из тех сигар, что так любил Технарь.