Боярский Сын III - Шаман

– Трубецкой остановился с кожаной папкой в руках перед рабочим столом императора, не опускаясь в кресло, хотя обычно личному помощнику императора даже не нужно было спрашивать на это разрешение.

- Ты представляешь, что после этого начнется, Лев Леонидович? – Император исподлобья посмотрел на своего помощника.

- Представляю, государь. – Кивнул Трубецкой.

- НЕТ! НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ! – Взревел император, вскочив из-за стола.

Кулаки императора вспыхнули белоснежными и чернильными языками магического пламени, белки и радужка глаз пропали, внутри глаз плескалось точно такое пламя, даже волосы императора трансформировались в пламя.

Трубецкой помнил этот день, когда он впервые увидел императора после прибытия с восточной границы. И как он тогда сжигал Илью Боярского свои Призрачным Пламенем. Лишь когда схватка перешла в чудовищные масштабы, пламя императора стало видимым как сейчас. Это говорило о том, что он очень зол. Очень. И в этом пламени погибали, растворялись без следа даже тени – марионетки, которых так любили использовать Боярские, которые очень серьезно развили свой талант в Смерти и Тьме…

- Они меня сожрут! ВСЕ И РАЗОМ! Я здесь! Моя семья – здесь! Ни одного, бл**ь, Рюриковича в столице нет! – В эмоциональные моменты император переходил к старому названию своего рода, - а из Высших Родов Империи тут только князья с женами и их прямые наследники! И ТО, СУКА! НЕ! ВСЕ!!! Большая часть высшего света всей Империи осталась в Петербурге!!! И за КАЖДОГО, БЛ**Ь, КАЖДОГО, кто из них СДОХНЕТ от этой непонятной заразы, ОНИ БУДУТ СПРАШИВАТЬ С МЕНЯ И МОЕЙ СЕМЬИ!!!

- Ваше императорское величество, никто не посмеет сказать вам и слова, это не ваша вина! – Возразил Трубецкой.

- ЛЮБАЯ СМЕРТЬ В ИМПЕРИИ – ВИНА ИМПЕРАТОРА! – Прорычал Александр Четвертый, - если это не сытая смерть в старости! И не важно, из-за чего: война, эпидемия, мор, голод, бандиты, анархисты… НАРОДУ НА ЭТО НАПЛЕВАТЬ! Даже Одаренные превращаются в стадо, когда поддаются страху! А сейчас именно СТРАХ превратит их в толпу! И лучшие превратятся в худших!.

Призрачное пламя пропало, волосы и глаза императора приняли обычный внешний вид, и сам монарх устало опустился в кресло, уткнув лицо в сложенные лодочкой руки. Пару минут царило полное молчание в кабинете. Император тяжело дышал, а Трубецкой не решался взять слово. Именно сейчас, Александр не был похож на грозного, опасного и жесткого императора Российской Империи.