На благо чужого мира. Патрульный

— Ну да, или как ее там, Мириил? Уж не знаю, нормально ли в ее случае добавлять «ер» или «ллейн» как приличным дамам, уж к приличным она, пожалуй, не относится...

— Она т-тут?..

— Угу, явилась, не запылилась. А чего это с тобой? Ты ее раньше видел, что так побледнел?

— Э-э-э нет. Я... как бы тебе сказать... Я читал о ней, но ни разу не встречался. Вот так случай! — писарь подскочил на месте и зашагал по комнате, уже не шибко обращая внимание на пациента. — Вот это да!

— Эй, да ты скажешь, в чем дело или как?

— Это же потрясающий кладезь информации, пара-тройка вопросов.

— Слушай, давай ты потом возьмешь у нее интервью, а сейчас лучше скажи есть ли что почитать в отделе про демонов? — Все же нарушил Кальвадос поток воображения писаря.

— Да-да, идем, мне сейчас тоже будет полезно обновить память.

У него будто открылось второе дыхание и Гюнкар бодро зашагал в свой кабинет так, что парень едва поспевал за ним.

К их общему сожалению, ничего особо интересного в местном архиве не нашлось, лишь академический учебник «монстрологии» да несколько листков выписки из Договора и дневника Иллортина Схансы. В учебнике был рисунок похожего демона, лишь морда да рога другие. А про Чертовку так и вовсе ничего интересного и полезного. Разочарованно вздохнув, Кальвадос оставил увлекшегося записями Гюнкара и пошел искать ир Гролса.

На выходе парень столкнулся с Гурнсом.

— Вы уже вернулись? Как Кёрсп? — задержал Кальвадос десятника.

— Скоро прибудут остальные, Рыжая Борода пока без сознания, Гюнкар славно его перевязал, осталось надеяться на лучшее.

— А демон, следы видели? В какую сторону он хоть ушел?

— В этом-то и вся загадка, — почесал затылок Гурнс, — следов полно по всей поляне, а за ней они обрываются в нескольких метрах. Наваждение какое-то. Мои и Окриза ребята все излазили, пусто.

— Есть, да только на таких далеко не улетишь...

— Угу, ну ладно, потом обмозгуем.

Узнав то, что его больше всего волновало, патрульный вышел на улицу. Уже полностью стемнело и по всему поселению зажгли столько фонарей и масляных ламп, что казалось тени негде спрятаться. Свежий воздух принес некоторое облегчение раскалывающейся голове. Во дворе было почти пусто, получив указания патрульные разошлись.