Осквернители

- Но я предлагаю не просто заработать, а помочь этому миру стать чуточку лучше. Твой друг уже согласился, и ты не имеешь права отказываться.

Он повёл рукой, и Кручина вдруг проломил пятками доски и свалился в сырую, кишащую паразитами, тьму. Долговязый снял с пояса топор и прыгнул за ним.

Внизу гнил скелет. Обглоданные крысами и облепленные пожухшей листвой кости покоились среди трухи, год за годом утопая в лившейся сверху грязи. Тоскливо глядел в световое пятно потемневший от сырости череп, в глазницах которого копошились мокрицы.

Проржавел и рассыпался остроконечный шишак, и только позеленевшее бронзовое солнце, когда-то украшавшее лобную часть, блестело единственным оставшимся лучиком. Но всему наступает конец. Вот и сейчас он случился совершенно внезапно. Жалобно хрустнули рёбра, надломились ключицы и теряя остатки зубов, покатился во тьму проломленный череп. Грянуло и унеслось заунывное эхо. Кручина покряхтел немного, встал на ноги и разразился безудержной бранью. И без того ушибленный зад, теперь превратился в очаг нестерпимых мучений.

- Пройдёт, - бросил старик, спускаясь по стенке. Скрюченные пальцы хватали уступы так ловко, что обзавидовался бы и матёрый домушник.

- Ты, гад, испытываешь моё терпение, - прогрохотал Кручина. Эхо вернулось и загудело под земляным потолком.

Старик раскидал ногой кусочки костей, после чего осторожно спустился, стараясь не выступать за очерченные светом границы. Он ничего не ответил, даже не ухмыльнулся. Внимание его поглотил чёрный провал уходящего в землю тоннеля.

Кручина перемялся с ноги на ногу, подтянул штаны и, наплевав на сырость, привалился к стене. Вспомнил про хлеб, отыскал его взглядом в грязи и раздосадовано вздохнул.

- Ладно, - проговорил он, опуская ладонь на эфес. - Настоял, так веди.

Но старик не двигался, не отвечал и никак не реагировал. Прошла минута, за ней другая. Вернулся Долговязый и сообщил, что тоннель прямой, как стрела, и уходит вглубь, но на сколько он может судить, где-то впереди должен быть ход.

Только вот неизвестно что за ним будет, потому как воздух, хоть и не застаивается, но ужасно смердит, и оснований считать, что впереди безопасно конечно же нет. Все вместе немного помолчали.

- Я хоть и колдун, но во тьме не вижу, - наконец встрепенулся старик.

- Значит придумай что-нибудь, - проворчал Кручина. - Лучше нам быть настороже, иначе останемся здесь, как этот бедняга. - Он нашарил сапогом расколотый череп, пнул его обратно в круг света.