Осквернители

Всё сводились к тому, что выхода нет, но если доселе он ещё жив, то без боя не сдастся. Пусть здесь разверзся бесноватый кошмар, в котором не нашлось бы и толики здравого смысла, но сколько не сомневайся, факт состоит в том, что вскоре огонь сожрёт всё. Потом рассыплются стены, повалятся балки, и проклятый подвал всем им станет могилой. И тогда уж чёрт точно до них доберётся.

Собрав волю в кулак, Кручина прижал к себе меч и выглянул из-за укрытия. Тварь, разумеется, никуда не исчезла. Она нависла над Долговязым огромной раздувшейся кучей, со всех сторон на которой вскрывались разных размеров глаза и клыкастые пасти, языки из которых хлестали воспалённую плоть.

Яростно скребли потолок кривые рога, лупил землю длинный с кисточкой хвост, и где-то под всей этой скверной топтались две разных ноги. Одна - вывернутая коленом назад человечья, вторая – козлиная, с массивным бледным копытом.

Сквозь муки и жар колдун потянул руку к бесу. Боль рвала тело снаружи, ужас грыз изнутри. Амулет пылал головнёй, плюя между пальцев сгустками искр.

Воздух вокруг раскалялся. Шерстяная рубаха на нём пошла тёмными пятнами. Зажмурив глаза, колдун тянул руку дальше, но не выдержав жара, в какой-то момент упал на колени. Боль подрубила его; терпеть больше не было сил. Он закричал, разгоняя бездну беспамятства, но воля его покидала. И когда воздуха в лёгких почти не осталось, колдун ткнулся в землю лицом и выронил из обожжённых пальцев венец. Всё было кончено. Он не сумел. Просто не смог, и уже ощущал, в себе жадные зубы хозяев, но голоса их затихли, бездна захлопнулась, и то, что произошло после, до самой смерти так и осталось не понятым.

Кручина поднял колдуна и рывком бросил прочь. Тварь яростно заверещала, будто захлёбываясь, но попыток забрать его не оставила. Лапа тянулась за колдуном, выползала из плоти, будто змея из норы, и не успел дед опомниться, как когти едва не снесли ему голову. Долговязый сцепился с другой и лупил по ней кулаком, но толку с этого было немного.

Решая, что делать дальше, Кручина замешкался. Колдун что-то кричал, но в вихре углей и гремящих обломков слова исчезали, как свет в пустоте. Необходимо было решение, но что он мог предпринять против чудовища, кое плевало на раны, и даже вывернувшись наизнанку, упорно отказывалось издыхать? Он огляделся в поисках хотя бы намёка, призвал на помощь весь свой не выбитый ум, и вдруг увидел ответ в двух шагах от себя. Оттолкнув колдуна, Кручина схватил амулет.