Мастер Масок 2

Есть самоцветы, которые передают сообщения?

Герман махнул рукой в сторону небольшой будки на противоположной стороне улицы:

— Да. Называется телефон. — сквозь его птичью маску сложно было понять, каким тоном он это говорил, но отчего-то я подумал, что Герман пошутил.

А такое бывало редко.

Машина подбросила нас на окраину, высадив за пару улиц от реки.

— Итак, мне только сказали, что нужно проверить заброшенный пирс. Что именно сказал пленник?

Я вкратце пересказал допрос и то, что мы узнали. Герман слушал молча, лишь изредка кивая.

— Катары никак не связаны с паствой. Вряд ли у них найдётся проповедник. Но церкви... Это плохо. Маскам запрещено посещение религиозных заведений. Да и ни один Дом, даже среди Великих никак не может влиять на них.

— То есть у этого человека вряд ли будет своя маска?

— Да кто его знает. В последнее время в Мире Масок творится полный беспорядок. Порой мне кажется, что всё началось с побега твоего отца.

К этому моменту мы уже вышли к набережной. Вдали виднелся тёмный провал входа в столичные клоаки, откуда несло зловонием.

— Пирс находится чуть дальше, — кивнул Герман. — Скорее всего, заказчики знали, что все нанятые передохнут. На это и был расчёт, так что не думаю, что их будет кто-то ждать.

И тут я вздрогнул от осознания.

— Погоди, но ведь они погибли от наших рук, не значит ли это, что...

— Что нас накажут? А ты поднаторел в правилах, я смотрю. Да, думаю так и было бы, но мы учли этот момент. Волынские разберутся.

Мы осторожно двинулись вдоль обшарпанных доков.

Вскоре мы вышли к заброшенному причалу, заваленному мусором и обломками.

Я осмотрел заброшенный причал перед нами. Когда-то здесь, должно быть, кипела жизнь и пристань использовалась в полную силу. Но сейчас всё пришло в запустение.

— Странно видеть такие места в столице, пусть и на окраине, — заметил я.

— Раньше весь этот район принадлежал Дому Ростовых, — пояснил Герман. — Но после того как император стёр их с лица земли, здесь начался упадок.

История падения Дома Ростовых мне была известна. Они хотели рассказать миру про маски, за что жестоко поплатились.

— Почему же другие Дома не поделили эти земли после их гибели? — спросил я.

— Запрет императора. Десять доками никто не вправе владеть.