Аристократ на отдыхе

— Ты не думай, — сказал мне Иван. — Дровами мы тоже топим. Я велел зимой ольхи заготовить целый склад. Тимофей, ты ольху подбрасывал?

— А как же, господин! — отозвался плечистый банщик. Его красное лицо до самых глаз заросло курчавой седой бородой.

— А веники?

— И веники готовы. Дубовые и березовые. И водичка на травах для душистого пара.

— Скажи Карлу Ивановичу, чтобы нам чистую одежду принесли.

— Сделаю, господин! — поклонился банщик.

Мы торопливо скинули грязную одежду прямо на теплый пол, выструганный из толстых осиновых плах.

Демоны! Я и забыл про нее!

— Ничего себе! — присвистнул Иван.

Наклонился, достал жемчужину из-под широкой лавки и повертел в пальцах.

— Красота! Даже не буду спрашивать, откуда она у тебя. Но лучше пока положи ее в мой сейф. Тем более, что теперь он твой. Тимофей! А ты чего рот раскрыл? Бегом к Карлу Ивановичу!

Банщик, косолапя, вывалился на улицу.

Иван протянул мне жемчужину.

— Держи, миллионер!

И куда я ее дену?

Повертев головой, я увидел под потолком узкую полочку, на которой лежали пучки сушеных трав.

Пусть полежит!

— Айда греться! — азартно крикнул Иван и первым нырнул в парную.

В парной было темно — только сквозь маленькое окошко под низким потолком пробивался тусклый свет. В полумраке малиново светились раскаленные камни.

Иван плеснул из медного ковшика на камни. Камни зашипели, в потолок ударил горячий пар, пахнущий березой и можжевельником.

Иван запрыгнул на крепкий деревянный полок, и тут же с криком соскочил обратно.

— Демоны! Задницу обжег!

Доски нагрелись так, что руку не удержать. Я бросил на полок сложенное вдвое полотенце и уселся на него.

*****

А вот в Ордене бани не было. Такой, чтобы с парилкой, с вениками.

В каждой комнате была душевая с каменным полом и сочащейся с потолка теплой водой — орденские умники еще двести лет назад приспособили водных и огненных элементалей для бытовых нужд.

Я открыл рот, стараясь дышать неглубоко — ноздри и горло обжигал горячий пар. На теле выступили мелкие капельки пота.

— Иван! А почему ты решил, что я бастард?

— А кто еще? — удивился Иван.

Он сидел рядом, тоже дыша открытым ртом.

— Род ваш угас, говорят. Я слышал, что и поместье давно заброшено.

Вот как?

Грустная история.

Род угас.

Я почувствовал, как сердце болезненно сжалось.

Мама, брат Сережка, отец…

Никого нет.

Я должен выкупить поместье.