Аргумент барона Бронина

— Однако мой дядя, Пётр Орлов, он служит в охране, потом уничтожили их всех.

— Уверены? — спросил офицер.

— На сто процентов. Мой дядя обычно не ошибается, — с гордостью за родственника ответил Михаил.

— Понятно. Возвращайтесь в свои купе, — произнёс офицер, — угрозы больше нет. Вы в безопасности.

Да неужели… Я едва удержался чтобы издевательски не хмыкнуть.

— Это что, всё, что ли? — взвился вдруг Росомахин. — На поезд напали демоны! А вы нас просто отправляете обратно в вагон? Там вообще-то люди погибли. Кто за них ответит?

— Уж явно не вы, — невозмутимо заявил офицер, смерив барона взглядом.

— С этим мы разберёмся. Вы целы, вы живы. Молодцы. Вполне можете за себя порадоваться. Или вы ждёте особого отношения? — под тяжёлым взглядом офицера, Росомахин раскраснелся. Было видно, что он был готов еще что-то сказать, но сдержался. Возможно сыграла благодарность за то, что этот офицер по сути спас его не так давно. Тем временем, усатый продолжил:

— Вы теперь воины Академии. Более того, вы связали свою судьбу с войной.

Ваша жизнь отныне всегда будет на волоске от смерти. А будете паниковать и устраивать истерики, долго не продержитесь.

С этими словами офицер развернулся и зашагал обратно. В этот момент как раз моя вторая мышка возвращалась ко мне, и застыла перед офицером. И так удачно он поставил ногу, что я не удержался.

Офицер явно не смотрел по сторонам, и мой маленький шпион зацепился лапками за его штанину, а затем и вовсе забрался под одежду, чтобы никто лишний её не заметил.

Уж не знаю, к чему это приведёт, но мне показалось, что я могу узнать что-нибудь действительно важное. А информация — она всегда ценнее любых ресурсов.

Воины тем временем покинули тамбур и зашагали обратно, теперь уже в направлении головного вагона. Росомахин, пунцовый как рак, сжимал кулаки от злости. Однако, пока офицеры не удалились, возмущаться больше не стал. Зато когда они ушли достаточно далеко, вспыхнул:

— Ишь, «возвращайтесь». Мы тут, видите ли, с демонами сражаемся. Люди погибают, пока они там штаны посиживают.

А они, значит, обращаются с нами, будто мы ничего не стоим...

— Боря, не кипятись, — дипломатично произнёс Орлов, впрочем обратившись к барону на “ты”. Это можно было расценить как принижение, но в данном случае, Орлов скорее наоборот, обращался к Росомахину как к равному. — Не забывай, что мы теперь, как ученики Академии, лишены всех титулов. А согласно табели рангов, мы даже не рядовые. Мы пока что лишь кандидаты в курсанты.