Триединый

В центре росло дерево, вокруг которого расположились скамейки. Все они были заняты, но возле одной собралось удивительно много учеников. Заинтересовавшись, я приблизился.

Причина оказалась банальной: на скамейке сидела Танирис Одджид, некоронованная королева школы.

Как и Селия, Танирис была ученицей шестой ступени. Насколько знаю, происходила она не из самого выдающегося рода, да и на занятиях, по слухам, особо не блистала. Но выглядела она… Грива темных волос, большие глаза кошачьего желто-зеленого цвета и фигура секс-бомбы.

Даже я, со своим реальным возрастом и опытом другого мира, находился под впечатлением. А у местных парней буквально мозг выносило. Они стаями вились вокруг Танирис, стремясь привлечь ее внимание. У девицы, судя по всему, и так характер был не ахти, а многочисленные поклонники окончательно ее разбаловали. Наверно поэтому с ее смазливой мордашки не сходило капризное и высокомерное выражение. Хотя ее грудь…

Пока я стоял столбом, любуясь ее фигурой, Танирис, слушая какого-то высокого красавчика, без интереса скользила взглядом по окружающим ученикам.

Неожиданно остановив взгляд на мне, повелительно произнесла:

— Эй ты, светловолосый! Сбегай, купи мне канноль!

И бросила монетку. Та, звякнув о камни, покатилась, а после упала набок в метре от моих ног.

Перестав разговаривать, все уставились на меня.

Глянув Танирис прямо в глаза, я шагнул вперед. Наклонившись, подобрал монету. Вокруг раздались смешки, во взглядах появилось пренебрежение. Не глядя по сторонам, я развернулся и зашагал к школьным воротам.

Излюбленная школьниками кондитерская «Аррьенас Фло» находилась в квартале от «Стальных роз». Оказавшись в светлом уютном помещении, пропахшем ванилью или чем-то похожим, я купил канноль — похожее на трубочку пирожное с нежной сливочной начинкой.

Когда я вернулся, неся сладость в тонком бумажном пакетике, все притихли: слышались лишь перешептывания. Танирис Одджид смотрела одновременно горделиво и презрительно, ее полные губы чуть изогнулись в самодовольной усмешке.

Остановившись в паре метров от девушки, я громко объявил:

— Вот то, что ты просила.

И кинул пакет ей под ноги.

Танирис задохнулась, на ее скулах загорелись красные пятна. Она открыла рот, но от шока и гнева ничего не смогла сказать. Все вокруг застыли. Воцарилась мертвая тишина.

— Ладно, не благодари, — небрежно бросил я Одджид. — Еще чего понадобиться — обращайся. Если будут время и настроение, может, помогу.

Красотка побледнела.