Триединый

У нее все еще тряслись руки, а голос вибрировал, но истерики уже почти не было.

— Я возвращалась домой с работы, — говорила она. — Я работаю сиделкой в больнице. Когда свернула в проулок, на меня набросились эти… эти…

— Тш-ш, — вновь принялся успокаивать я, — не говорите об этом. Все закончилось, все в норме.

Но она не слушала. Или не слышала?

— Они потащили меня сюда. Требовали деньги… а когда я сказала, что у меня лишь несколько монет, они начали… начали… одежду…

Женщина вновь стала всхлипывать, судорожно вцепившись в меня руками.

— Э-э, где вы живете?

— Что?

— Я спрашиваю: где вы живете?

— Здесь, недалеко…

Проявляя нечеловеческую выдержку, я потихоньку сумел вытянуть из нее нужные сведения. Мы несколько раз свернули и вскоре оказались возле ее жилища — трехэтажного дома, в котором она снимала комнату. Здесь горел фонарь, поэтому я, еще на подходе до самых глаз поднял намотанный на шею шарф. Не хватало еще, чтобы она могла меня потом узнать.

Поняв, что находится в безопасности, женщина кинулась обнимать меня.

— Благодарю! Благодарю вас, храбрый юноша!

— Да все нормально, успокойтесь, — я принялся отрывать от себя ее цепкие руки. — Идите домой. Вам нужно отдохнуть.

Она зарыдала.

— Я кричала, но никто мне не помог. В домах были люди, но никто не вышел… А вы… вы… Вы еще совсем ребенок, но не побоялись… Почему? Почему?!

Возможно, это было тупо, но я не смог сдержаться. И на очередное взволнованное «почему?», с трудом давя смех, выпалил:

— Потому что я Бэтмен!

* * *

Сумев, наконец, оторваться от спасенной женщины, я шел по темной улице.

Меня переполняли возбуждение и восторг. Мое предположение оказалось верным! Боевые навыки включаются, если я попадаю в по-настоящему опасную ситуацию. Непонятно как, но это работает.

Это то, что касается хороших новостей. Плохие же заключались в том, что я по-прежнему не знал, где искать «Стальные розы».

Еще около сорока минут я бродил по плохо освещенному городу, покуда не наткнулся на небольшую площадь.

Там, возле не работавшего фонтана, стояла пара колясок — четырехместных конных повозок, служивших в этом мире аналогом такси.

Мне в голову пришла идея. Растолкав одного из дремавших кучеров, я уселся в коляску и приказал отвезти меня к «Стальным розам».

Ехали недолго. Остановившись у знакомых ворот, извозчик назвал сумму. Моя рука привычно потянулась к карману с кошельком. И не обнаружила его.

Я запоздало вспомнил, что кошелек остался в школьной форме.