Разлом миров. Санкт-Петербург

Я не видела его лица – черная военная форма и защитный шлем не позволяли распознать даже то, мужчина это был или женщина.

Мы шли вперед как могли, а потом резко замерли.

Огромный камень рухнул прямо перед нами…

Дварл…

Дракон раздувал ноздри, принюхивался, водил из стороны в сторону хвостом и на этот раз явно наметил себе цель.

Он раскрыл свою пасть и со всей силы зарычал, заставив подпрыгнуть на месте.

Мы видели, как в глубине горла формируется огненная вспышка, и понимали, что никуда мы сбежать не успеем – все происходило невероятно быстро.

Жар пламени ощущался кожей, чувство пустоты привело к тому, что в сердце не возникло никакого отклика – ноль эмоций, просто наблюдение.

Искра стала вспышкой, а вспышка пламенем.

Дварл приоткрыл глаза лишь на мгновение, я видела, как его передние лапы напряглись, как вытянулся хвост струной, как огонь начал высвобождаться, а затем…

Льдинке, видимо, стало скучно. Выбежав прямо перед дварлом, разъяренный ледяной дракон выпустил тонкую полупрозрачную морозную струю, попал существу прямо в глотку, заставив дварла закрыть от удивления пасть и…

Получить пулю в глаз.

В этот момент мир дрогнул, пошел рябью, и я упала, теряя сознание, ощущая, как земля уходит из-под ног.

Глава 8

- Ненавижу вас всех! – Маша делала свою работу прекрасно, ставила капельницы уже с закрытыми глазами, от всей души колола лекарство и меняла повязки с особым рвением. После долгого допроса именно ее приставили к нам в качестве лечащего врача.

Она металась от одного пациента к другому, закидывала Льдинку пельменями и молила всех известных ей богов, что бы это чудо природы не схомячило ее с потрохами. В принципе, они вроде как смогли найти общий язык – стоило дракону высунуть морду из морозилки, как в него тут же летело что-то твердое, обледенелое и мясистое.

- Ты нас любишь, - шептала я, сидя в комнате в кресле, завернутая в плед, - спасибо…

Маша тяжело выдохнула, затем смахнула слезы и обреченно села на пол:

- Ты… как ты… Ну вот как… КАК? Почему именно ТЫ? Ты хоть понимаешь, что там камня на камне не осталось? Это просто чудо, что ты выжила!

- Они спасли нас, - все еще с трудом шептала я, не в силах раскрыть глаза.

Было больно смотреть. Любая вспышка света вызывала приступ тошноты, поэтому меня оставили в покое в комнате, занавесили все окна и не лезли в душу. – Если бы не Мьер с Леоном, погибли бы все, кто оказался заперт.

Я очнулась в больничной палате.