Не грози Дубровскому! Том 9

Но после встречи с Любавой он был растерян и всё время искал её взгляд в толпе. Как только Гриша проиграл, то сразу же подошел к Панфилову, махнул бокал коньяка и смущённо направился в сторону Любавы, которая прилипла к обеденному столу и активно жевала пока никто не видит.

Картаполов разнёс Елизавету Лунгину, а после проиграл Львову. Старшую Кошкину молниеносно вынес Ершов. Она всё время заглядывала ему за спину пытаясь понять о чём Оболенский шушукается с моей сестрой. А после и я смог поиграть. Расправился с младшей Кошкиной и вышел на Ершова.

— Василий, может немного повеселимся? — Спросил я создав в ладони каучуковый мяч.

Кругляш вышел намного тяжелее обычного и прыгал в десятки раз лучше.

— О-о-о! Я только за. — Оскалился Ершов набросив покров маны.

Схватка оказалась яростной. Вот только победить Василию было не суждено. Скорее он боролся за собственное здоровье. Зрители поспешили удалиться на почтительное расстояние, а мы с Ершовым обменивались яростными ударами, которые взрывали воздух своим свистом.

Белёсый мяч летал из стороны в сторону врезаясь в ракетки и возвращаясь по диковинным траекториям. Никто не желал сдаваться, все кручения парировались, а удары напарывались на ответные атаки. Игра могла затянуться, вот только у меня был козырь в рукаве. Я набросил покров маны, а следом и усиление Урфина.

Размахнувшись, я нанёс удар такой силы, что мяч срикошетив от стола, рубанул Васю в грудину, сложив его пополам. Ершов упал на колено и поднял ракетку вверх.

— С меня хватит.

— Упс. Прости. — Сказал я натянуто улыбнувшись.

— Дело не в ударе. — Усмехнулся Ершов, вокруг которого суетилась Лунгина, пытаясь, узнать целы ли его рёбра. — Просто такой уровень, я не потяну. — Выдохнул Василий положив ракетку на стол.

— За то я потяну. — Самодовольно заявил Лев выйдя на смену выбывшему.

— О-хо-хо. Смотри не надорвись. Всё же сражаешься с абсолютом. — Усмехнулся я и началась рубка.

Львов, как и я набросил на себя божественное усиление и покров маны.

— Порви его! — Выкрикнула Кьяра болея за своего избранника.

И Лев очень старался порвать. Вот только порвал лишь своё самолюбие, осознав что не способен преодолеть порог пяти забитых мячей за матч. Разобравшись со всеми противниками я довольно улыбнулся.

— Ну что сказать? Абсолют остаётся абсолютом, даже за стенами академии.