Барон не играет по правилам

Здесь же нормальный вдох удаётся сделать только через раз!

Академию графа Суздальского я нашёл благодаря карте в мобифоне. Вбил адрес, вызвал такси, и спустя полчаса стоял у приземистого грязного здания на границе города.

Во дворе Академии занимались любовью собаки, а у входа спал неопрятный человек на прогнившем матрасе.

Н-да… Мой родной мир не мог похвастаться особой гигиеной. Но даже там такого почти не было!

Внутри всё оказалось ещё печальнее. Ремонт тут не делали лет двести, в некоторых окнах были выбиты стёкла, а с потолка капала вода.

Сам граф Суздальский тоже оказался… специфическим. Низенький, полненький, с сальными волосами и хитрыми глазами.

Двумя словами, неприятный субъект.

- Барон Ястребов! Рад вас приветствовать в нашем светоче знаний! – пафосно приветствовал он меня.

Он протянул грязную руку. Я скривился и не стал её пожимать.

- Приветствую. Со всем уважением, граф, но я прибыл, чтобы сказать – учиться в вашей Академии я не намерен.

Суздальский тут же помрачнел.

- А вот это, барон, невозможно. У нас с вашим отцом договорённости. Вы не имеете права отказаться от обучения. А иначе я буду вынужден принять меры. И поверьте, они вам не понравятся!

Глава 17

Граф Суздальский стоял напротив меня и ухмылялся. Этот сальный коротышка с улыбкой профессионального кидалы был уверен в себе и считал, что мне некуда деваться.

Ага, сейчас, разбежался!

Но начать я решил всё-таки с вежливого разговора. В конце концов, набить ему морду я всегда успею…

- Граф, вы, должно быть, меня не услышали.

- Участвовали или нет – не имеет значения. Глава вашего Рода всё подписал. Вот, и договор есть. – Суздальский извлёк из кармана какую-то помятую бумажку. – Вот тут написано, что барон Ястребов обязуется направить для обучения своего сына, а я обязуюсь его принять вне зависимости от результатов вступительных экзаменов…

Я бегло пробежал по бумажке глазами.

Понятно, почему Суздальский так держится за этот договор. Обучение в этой Академии стоит двадцать тысяч за семестр. Умножить на три года обучения, в каждом по два семестра, – и вот уже получалось свыше ста тысяч.

Для такого убогого заведения это наверняка огромные деньги. Да и вообще, в Российской Империи это вполне приличные деньги.

Ясно, и почему отец согласился на такие условия.