Барон не играет по правилам

– Твой Род слишком опасен…

Не надо быть гением, чтобы понять, что здесь происходит.

Курбский окончательно слетел с катушек! Он похитил женщину и сейчас пытал её в своём подвале. И идиоты-охранники никак на это не реагировали!

Уходить я резко передумал. Если сделаю всё как планировал, сюда нагрянут жандармы и как следует всё здесь прочешут.

Но вот живой девушку они не найдут. Курбский и его люди садисты, а не дураки.

Они убьют её, как только почувствуют опасность.

Уйду – и фактически подпишу ей смертный приговор.

Действовать нужно прямо сейчас.

Охранникам надоел лай собак и они спустили своих пёсиков с поводков.

- Фас!

Я не растерялся.

- Кыш, ты, кажется, не очень любишь собак? Погоняй для меня ещё парочку!

Можно было его даже об этом не просить. Над плечом материализовалась драконья голова.

Кыш крутанул горящими огнём глазами и низко зашипел.

Прямо на глазах мощные псы превратились в трясущихся от страха щенков. Они заметались по коридору, врезаясь в охранников и лая так, что у меня заложило уши.

Это уже было немало. Кто-то из охранников не удержался на ногах, упал и в полёте умудрился выдать целую автоматную очередь.

В коридоре начался хаос.

Ловко маневрируя, я проскользнул к двери и рывком её распахнул.

Внутри всё оказалось так, как я и ожидал.

Девушка была прикована к креслу. На её скуле красовался синяк, руки были покрыты порезами.

А над ней возвышался здоровенный тип в заляпанном кровью медицинском халате. В руках он сжимал пилу. Нездоровый блеск выдавал в нём настоящего маньяка.

Да такие просто обожают причинять другим людям боль!

- Эй, тут есть кто?! – прорычал он басом.

Меня он не видел. Но не заметить, что в коридоре творится фиг знает что, а дверь сама по себе открылась и закрылась, он не мог.

На то, чтобы понять, что они здесь не одни, хватило даже его куриных мозгов.

Смысла прятаться больше не было. Без девушки я уходить не собирался.

Тень я решил пока не снимать. Просто размахнулся и как следует ударил этого извращенца по роже.

Мужик был здоровым и удар выдержал.

Он отбросил пилу в сторону и схватил со стола топор и горячий, только из сети, утюг.

Утюг! Память Максима подсказала, что раскалённым утюгом можно было очень нехило запытать человека до смерти.

Приди я немного позже, и этот изврат применил бы его к девушке.

Жалости к нему у меня и так не было.

Теперь же мне стало абсолютно наплевать.

- Ну иди сюда, тварь! – Здоровяк взревел, размахивая топором.