Потапыч

Мёртвые тушки употребляла команда, но тут Млушер кривился, что мол, годится только матросам:

— После Аквенге мясо пресное, невкусное, соли не соли, — морщился капитан. — Зато на быстрице даже юнга каждую седмицу ест мясо! — надулся он.

Видимо, фракция, пожираемая духом, имеет какое-то отношение к вкусу и пользе… Хотя, скорее всего, в магическом мире люди выработали некий “вкус на магию”, даже если не могут её использовать.

А вообще — получил массу информации, подозреваю, большей частью ненужной. Быт, товары, всякое такое.

Может, и пригодится когда-нибудь.

На следующий день беседа продолжилась уже после полудня: Быстрица с утра разгружалась-загружалась даже не в порту, а плавучих, явно временных сходнях у какого-то прибрежного села или деревни. А я, стоя у перил корабля, разглядывал суету и прикидывал, что до Золотого, столичного города, осталось дней пять плавания. Ну и какие-то умозрительные планы строил, хотя, скорее всего, в пользу бедных.

Я после отплытия от сходен подошёл к капитанской клетушке, получил первые килограммы лапши на уши, как вдруг Млушер замолчал, нахмурился и уставился в сторону.

Проследив за его взглядом (достало дёргать головой, как припадочный, блин!), я заметил здоровенную лодку, ну или ещё какую шлюпку. С десятком человек на вёслах эта калоша рассекала речные воды на весьма приличной скорости, точно побыстрее Быстрицы.

— Стоять, рыбьи дети! — заорали с калоши. — Стоять, а то пожалеете, клянусь Идом!

— Нидорка, пескарём в трюм, пусть стопорят колёса! — рявкнул капитан на юнгу, который, как по волшебству, исчез.

— А это вообще кто? — поинтересовался я, готовый к каким-то речным пиратам или ещё чему-то такому.

— Это, почтенный видом, владетельный хозяин окрестных берегов и острова, судя по ладье, — сообщил капитан. — Только лицо незнакомое, — с некоторым напряжением сообщил он.

11. Рыбное блюдо

Дальше по реке и вправду был какой-то остров, с какой-то застройкой. Детали я разглядеть не мог, но слегка напрягся.

Практика всей моей жизни показывала, что бандиты при звании-должности для жертвы бандитизма гораздо неприятнее, чем бандиты просто. А вот как тут — чёрт знает, вроде и не те расклады, но, с другой стороны: были те же бароны-разбойники в истории. Да и чинуши в трактире очень выразительно и понятно “не поднимали тему” безобразий владетелей, что весомый фактор. В общем, на всякий случай, подготовился: начал внутренний, без внешних проявлений, оборот.