Замок теней

- Ты что? – прошипел учитель. – Собираешься оспорить мой выбор?

- Да!

Свое последнее высказывание ассасин выкрикнул специально громко и четко: так, чтобы его решение вошло в сознание всех остальных следивших за ним бойцов.

«Ну, и кто же его прибьет?» - Тьме не хотелось, чтобы именно её отец рисковал своей жизнью и здоровьем в борьбе с этим наглецом. Хоть её отец и не был таким уж хлюпиком, каким рисовал его многолетний возраст, лишний перелом или травма с внутренним ушибом могла добавить дополнительных проблем со здоровьем.

- Ты понимаешь, что тебя сейчас убьют? – необычно вежливо произнес Линь-Гао, напрягая свои кулаки и поджимая слегка левую ногу.

- Да, - пришел от наглеца ответ.

«Ну, уж нет! – пара сложных движений мышцами, и по всему телу Тьмы прошлась волна мышечного тонуса. Теперь она была готова к бою. Тело получило нужный разогрев, а в своих бойцовских качествах женщина-убийца не сомневалась. – Ты сейчас будешь драться со мной, мальчик!»

Но кандидат в ассасины года под номером двадцать решил доказать всем свою профпригодность.

Тьму искренне удивило одно маленькое совпадение: Гонзориг не стал уклоняться от удара, а пошел на противника со встречной контратакой.

«Я бы тоже так сделала!» - почти что в восторге подумала Тьма.

Выполнив вертикальный рывок с места, Гонзориг успел отбить идущий на него удар кулака и тут же нанес два мощных удара прямыми ногами в области грудной клетки.

Кандидат под номером двадцать негромко всхлипнул, опустив голову, но смутьян не собирался прощать своему оппоненту ошибок.

Уперев левую ногу оппоненту в грудь, Гонзориг нанес хлесткий удар правой ногой по чужой шее.

Хрустнули позвонки, и еще не мертвая голова провернулась вокруг себя, обдав всех наблюдавших за схваткой ассасинов ошарашенным взглядом широких от ужаса глаз.

«Он разбил противнику грудь, сминая легкие и ребра! – восхищалась Тьма. – А потом красиво и эффективно снес ему голову! Фантастика!»

Линь-Гао молча проводил своего двадцатого кандидата в последний путь, когда его бездыханное тело падало на мат. Учитель не стал сразу же кричать о помощи или взывать к цивилизованным способам решения конфликта.