Кодекс Крови. Книга VIII

Я явственно слышал скрип её зубов, но она молчала, держась из последних сил. Взгляды, бросаемые на меня, были полны горечи и почти детской обиды.

— Ей нечем жертвовать, яйцо её не примет! — едва слышно выдохнула графиня сквозь зубы.

— Я тоже не стихийник, но смог разделить жизнь с воплощением стихии в виде животного. Я научу её делиться кровью!

Момент, когда Аста выбрала яйцо и сняла его со сталагмита, мы попросту не заметили. Камень был самым маленьким из всех и едва помещался в ладонях девочки.

Шива дёрнулась было к Асте, но замерла в полушаге.

— Что не так? — тихо спросил я у Вулкановой, видя странную реакцию драконицы.

— Шива считала это яйцо недоразвитым, безжизненным. Пустым. Нужно дать шанс другому.

Каждое слово, сказанное Лавинией, волнами горя расходилось от драконицы. Из всех яиц выбрали самое неприспособленное к жизни. Я смотрел на Асту, светящуюся от радости, и не решался попросить изменить выбор.

Дать шанс другому. В прошлом маги крови дали мне шанс там, где другие просто махнули рукой и сказали: «Не жилец».

Аста баюкала камень в ладошках, словно маленького котёнка. Глаза её светились восторгом.

— Чем я должна пожертвовать, чтобы он жил?

И прежде, чем я успел ответить, Лавиния не сдержалась:

— Нет такой жертвы, которая смогла бы оживить изначально мёртвое!

Аста резко вскинула взгляд на будущую наставницу, глаза её сверкнули внутренним пламенем, отбросив алые блики на бледную, почти прозрачную кожу.

— Вы ошибаетесь, графиня! Такая жертва есть!

И Аста шагнула с моста в озеро магмы.

Глава 11

Я выпустил вслед девочке виноградные лозы, заключая ту в кокон. Но, несмотря на божественное происхождение, побеги высыхали и воспламенялись от жара. Лавиния, обливаясь потом, преобразовывала магму, заставляя ту остыть. Та ещё задача в жерле вулкана. Озеро медленно покрывалось коркой, но до конца затянуться просто не успевало. Драконица же ринулась вслед, на лету подхватывая горящий кокон у самой поверхности магмы.

Втроём мы вытянули ребёнка. При этом стоило кокону опуститься на площадку моста, нас прорвало забористыми ругательствами. Даже драконица и та голосила на своём языке, выражая всеобщее возмущение и мнение об умственных способностях Асты.

Наш поток возмущений прервал Райо, заинтересованно склонившийся над коконом и приложивший к его поверхности ухо.

— Тише! — показал он палец, приложив его к губам.