Тропа мертвецов

Делаем её подобие из собственного сознания… пару мгновений до столкновения с этой дрянью мечтаем выжить…

А-а-ах-ха!..

…Проснулся от собственного крика и беспощадного, хлёсткого удара по лицу.

Сознание корёжило. Слова на древнем языке Демиурга и демона сами собой сложились в короткую, отчаянную молитву. Молитву моему мёртвому богу. Перед глазами рвались нити «Сети» сплетённой из меня самого, которые голодные пасти хаотичных тварей драли на части. Перепуганный, бледный брат. Кажется, он даже кричит, но я не понимаю слов, не слышу голоса… Слышу только отдающийся звоном в голове визг и вой пытавшейся прорваться сквозь меня мерзости!

Новый удар по лицу окрасил мир в красный цвет и частью заглушил голоса Хаоса.

Нервы свело болью, мышцы — судорогой. Боль в прокушенной губе походила на красную вспышку.

— Да что же с тобой, малыш… — Долетел до сознания отдалённый голос.

— Придушишь… — просипел я через пару минут, когда немного отпустило.

— Насмерть не задушу, — пообещал светлый, тут же разжав руки.

Тревожно заглянул в лицо. — Это что было? Кошмар?

— Я бы так не сказал… — меня невольно передёрнуло.

— Посиди, я сейчас, — сказал Ван, быстро перебравшись к костру.

Через минуту в моих руках оказалась кружка с чем-то горячим.

— Пей и рассказывай, — тоном, не терпящим возражений, потребовал светлый.

Да жалко мне, что ли… Самую малость приоткрыв душу ему навстречу я, не забывая делать глотки из кружки, рассказал о своём «сне». Брат слушал не перебивая, душа его то и дело тянулась к моей.

— Н-да, на многое способна призрачная связь… Новые Иглы ещё не все секреты раскрыли… — только и сказал он, когда я закончил.

Все, или нет, но я рад тому, что увидел их. Что смог помочь моим драгоценным двойняшкам. Эх, безумные авантюристы! Мм… внутренний хронометр говорит, что моя стража уже наступила. Покосившись на брата, отметил его крайнюю усталость. Я бы даже сказал — вымотан он до предела.

— Спать ложись, — жёстко бросил я.

Он вскинул голову. Взгляд сказал больше любых слов.

Поднявшись, я накинул на плечи брата свой плащ и сел рядом. Брат молчал, но… понимать с полувзгляда бывает тяжело. Потому что всё видишь, а что делать — не всегда знаешь. Уткнувшись лбом в его плечо, я глухо попросил:

— Прости.

— Обалдуй… — вздохнул светлый.

Как иногда необходимо просто знать — брат рядом. Друг не предаст. Почувствовать тепло родного плеча и понять — ты не один. Не один!

— Колыбельную? — ехидно предложил я.