Тропа мертвецов

— Давай, — хмыкнул в ответ брат и уже без возражений лёг у тлеющего жаркими углями в прогретой земле костра.

И я запел. Тихо, не пытаясь задеть душу, без гитары. Когда-то давно мне довелось услышать эту песню из уст другого певца. По моему скромному мнению, которое хрен оспоришь, стихи оказались гораздо лучше исполнения. Стихи я и запомнил… И теперь пел их по-своему, на другой мотив, вкладывая совсем другие интонации в слова. О том, что плевать, насколько братья разные. Ты и твой брат — это одно и то же.

И я рядом с тобой, потому что я — это ты сам.

А тоску до дому и ещё одному братишке я быстренько задавил.

Песня была достаточно длинная, чтобы к последним строкам Ван уже вырубился. С минуту я смотрел как хмурится в тусклых отблесках углей светлый. Потом вынул из сумки запасной плащ, накрыл его, потихоньку взял арбалет и растворился в ночи. Поохочусь пока. Далеко отходить не буду… да и охранный контур обновлю. Может, повезёт чего-нибудь подстрелить.

На сухом пайке, конечно, протянуть можно, но он имеет одно гнусное свойство — неоправданно быстро кончаться!

Мне повезло подстрелить в Светлом Лесу самого обычного глухаря. Отойдя подальше, чтобы не тревожить Вана, разделал и ощипал эту птичку, а с рассветом занялся готовкой. Так что разбудил светлого вовсе не я, а запах готовящейся дичи.

Проснувшись, он потянулся, поглядел на занятого делом меня и совершенно искренне, радостно рассмеялся.

— И что же заставило тебя пойти на такой подвиг? — веселясь, спросил Ван.

И на большее пойду, лишь бы слышать такой смех.

— Голод! — ответил я, пытаясь сделать так, чтобы тушка не подгорела с одной стороны и не осталась сырой с другой.

— Вот же руки не из того места… — Стараюсь для тебя, брат! — Дай сюда! — и светлый решительно отогнал меня от костра.

Я умею готовить! Временами даже люблю! Не-е, не отгонюсь так просто, не надейся. Сейчас буду мешать, лезть под руку и пытаться отобрать работу обратно…

В итоге всё же получилось так вкусно, что сгрызли даже кости.

Лететь в столь сытом состоянии было верхом идиотизма, поэтому мы, ещё пару часов отдохнув, отправились в путь пешком. Да и просто прогуляться хотелось по лесу. Ближе к болоту деревья поредели, стали мельче, проплешины в лесном ковре заросли луговой травой и цветами.

До болота мы добрались часа за три, не заметив как они пролетели.