Тропа мертвецов

Пока ещё безобидное, если не присматриваться, то и не сразу поймёшь, что болото началось — поле и поле…

— Ну что, попрыгаем по кочкам или полетели уже? — с любопытством взглянул я на брата.

Он ответил мне весёлой клыкастой усмешкой и поинтересовался:

— А сам-то как думаешь?

— Попрыгаем! — решил я, так же весело скалясь. Первый рванул вперёд, выбирая кочки понадёжней и через плечо кинул в брата мелким электрическим разрядом.

— Зараза! — ругнулся мне в спину Ван, уворачиваясь.

И мы побегали. Вволю! Извозились в грязи и подпалили друг друга основательно… Так основательно, что когда решили всё же лететь, мне пришлось пять раз подряд воспользоваться ритуальным жестом, прежде чем удалось привести себя и брата в относительный порядок.

Это действие отняло немало сил, чем весьма неприятно удивило. Все ритуальные жесты, «тёмные стрелы», «заживлялки» и прочие прелести работы с Силами — весьма далёкое понятие от того, что люди привыкли называть магией. Мы искажаем пространство и информацию о нём вокруг себя, перенаправляя и формируя его потоки в нужные образы и форму. Это требует затраты внутренних резервов, но чтобы так вымотало столь простое действие… Я же не новичок, чтобы так ослабеть. Может, дело в моей «болезни»? Да уж, скорее всего. Надо бы закрыться, чтобы Ван не понял, как мне опять паршиво. Снова же во всём себя обвинит, придурок несчастный.

— Н-да-а… — протянул брат, рассматривая подпаленный рукав. — Развлеклись.

— А то ж, — подавившись смешком, ответил я.

Стоя на относительно большой кочке, я занимался самым нужным делом — раздирал шевелюру расчёской.

Более менее справившись с этим делом, завязал хвост шнурком. Слишком привык я к тому что волосы всегда в порядке, и — да, чистоплюй, что говорю и подтверждаю уже не в первый раз.

— Ну что, пора в небо? — спросил светлый, сориентировавшись с направлением, пока я расчёсывался.

— Угу, — кивнул я и тут же взлетел, расправив крылья.

Через миг брат, стрелой взмыв вверх, легко меня обогнал. Куда?! Кто тормоз?! Сам ты!.. Я первый!.

.

Солнце клонилось к закату. Стоя на лейтэре позади брата и держа его за плечи, я рассматривал унылый пейзаж под ногами. Болото — оно болото и есть. И воздух над ним другой, иной ветер. На крыльях лететь тяжелее. Безграничная топь под ногами, торфяники, изломанные «болотным недугом» деревья. Чёрная мерзость топи. Мне нравится чёрный цвет, но здесь… здесь он выглядит мерзко.

Брат устало огляделся, ища место чтобы приземлиться и отдохнуть. Такового не находилось.