Тропа мертвецов

Котята мои шкодливые…

Кровь на руках, отпечатки ноготков моей дочки на тыльной стороне ладони.

Что вы наделали, твари… Я уничтожу этот мир, уничтожу мир, посмевший поднять руку на моих детей!!!

И сквозь пелену, застлавшую мой взор, я видел только их мёртвые лица и… багряные ирисы…

— Ненавижу…

Это худшее, что вы могли мне показать, милые цветочки. Такого нельзя ни простить, ни пережить.

…Очнулся, когда на склоне не осталось ни одного целого ириса. Вообще ни одного цветка. В руках парные клинки, а руки по локоть в крови.

Вообще весь склон залит кровью. И мечи в руках прозрачными больше не были — ледяные и чёрные.

И от крика саднило горло, а глаза щипало от соли. И ненависть чёрным ястребом билась внутри.

Этого мало. Нужно всё здесь уничтожить.

Вспыхнуло давно забытое ледяное пламя, выжигая всё внутри. Около полувека не горел во мне этот огонь. Кажется, с тех пор, как я, спасая своих, уничтожил ледяным пламенем чужое войско. Выплеснул его из себя без остатка, чуть сам не сдох.

И больше ледяной огонь не возвращался.

Феникс… Ты из-за меня оказался в числе тех немногих богов, что узнали истинную смерть.

Я всё проиграл судьбе.

Замёрзла даже вода в ручье. Землю проморозило вглубь метра на два. Онемевшие мышцы, неохотно согреваясь, начинали болеть. В замёрзшем ручье чудом остался один целый цветок. Один ирис. Фиолетовый.

Уничтожить его не хватило воли. Бережно взяв цветок в руки, я взлетел, оставляя позади уничтоженный ад. Куда теперь?.

. Не знаю. Кажется, меня кто-то где-то ждал. Только зачем?

Площадка перед домом посыпана песком. Как будто специально для меня, чтобы удобней приземлиться. Припав на колено оттого, что слишком резко и высоко сложил крылья, взял горсть песка в кулак, пропустил его меж пальцев. Огляделся. Это здесь меня ждут? Знакомое место… Откуда я его знаю? Что-то из прошлого, далёкого, как растаявший сон.

Брат вышел навстречу. Живой. Настоящий. С костылём, сильно хромая. Что-то в его облике казалось странным.

Через миг понял. Волосы, тщательно убранные в косу, золотые, как когда-то давно. И он был… младше.

— Ты же обещал!.. — с досадой воскликнул Ван и резко умолк, насторожившись.

— Обещал что? — изогнул бровь я.

— Не попадать в неприятности, — неуверенно ответил светлый.

— Неприятности? — хмыкнул. — Когда это я в последний раз в них попадал?

Брат не ответил, осторожно обходя меня по кругу и рассматривая, словно видел в первый раз.