Тропа мертвецов

Прежде чем кто-то успел меня остановить, я пулей метнулся вверх и, вспрыгнув на завал, заорал:

— Признайся, демонский недоделок, ты меня преследуешь?!

Тварь уселась на свой массивный зад, склонила голову и усмехнулась так, что у кого другого кроме меня, поджилки бы затряслись.

— Недоеденный ужин! — поприветствовал меня демон рычащим басом. — А ты всё никак не угомонишься?

— А ты всё никак не сдохнешь?! Или каждый раз тешишь себя надеждой, что выпадет честь прекратить свою жалкую жизнь пав от моей руки?

— Строптивая еда!

— Бродячий дохляк!

Демон подпёр лапой морду, помолчал, разглядывая воинствующего меня.

И совершенно неожиданно предложил:

— Может, разойдёмся миром, хранимый богами?

Я почесал в затылке и поинтересовался:

— А что, есть возможность?

— Если решим наши вопросы к обоюдной выгоде.

Странно, даже дико было слышать столь разумную речь из пасти чудовища. На пару минут меня переклинило и показалось, что это один из моих бредовых снов.

Но я сел, поудобнее устроившись на баррикаде и царственно вымолвил:

— Допустим, что ты меня заинтересовал. Излагай свои соображения по возникшим между нами разногласиям.

— Как пожелаете, ваше Владычество! — этот гад решил меня оглушить! И повеселиться заодно. Ухмыляется сидит, скотина.

— Не столь громко, я не глухой! — оповестил я, не меняя выражение лица.

— Всё очень просто, — сказал демон уже нормальным тоном. — Ты ищешь ледяного бога. Я могу подсказать тебе кое-что о твоём мёртвом Фениксе.

А меня в этот вонючий лес выбросило против моей воли! Я всего лишь выгуливал собак и сюда не собирался. Разрыв схлопнут так, что даже самому мелкому щенку моей своры не пролезть. Ты умеешь расширять разрывы.

Врёт? Я взглянул на усевшегося рядом со мной брата. Если врёт, успеем растерзать его собачек на клочки.

— Чем тебе лес не приглянулся? — поинтересовался я.

— Он воняет! — демон нервно скривился. — Этих, в засаде сидящих, даже есть невозможно! Стошнит… Ну, что скажешь, сын звёзд и ветров?

— Даже и не знаю, — задумчиво протянул я со скучающим видом.

— Брат мой собирался поразвлечься, превращая твоих пёсиков в фарш. Да и я был не прочь размяться. А ты тут мир предлагаешь. Да всего лишь за сведения, которые я и сам могу раздобыть.

Тварь тяжко вздохнула и выдвинула новое предложение:

— Неприкосновенность для тебя, всех твоих спутников и всех потомков.