Эсхатология

В глубине души он решил, что стоит непременно разобраться и с этим зарвавшимся жрецом и поставить на место всю здешнюю распоясавшую шатию. Он научит их всех должному уважению! А пока, мужественно взяв себя в руки, он подчеркнуто сухо произнес:

– И тебе мир, э-э… наставник. Я с удовольствием принимаю поздравления своего царственного дядюшки, равно как и дары. Ты прибыл как раз во время, чтобы принять участие в подготовке поминальных игрищ.

Главный духовник заметно оживился, и, подвинувшись, покровительственно и даже как-то фамильярно зашептал на ухо Сандру:

– Как раз об этом ваше сиятельство, я и уполномочен побеседовать с вами от имени вашего дяди, да благословит его Грезящий.

Я предлагаю вам собрать военный совет сегодня же вечером, не откладывая дело в долгий ящик.

– Да будет так, – согласился заинтригованный княжич. – А теперь, любезные друзья, я объявляю собрание закрытым.

Вечером, как только часы пробьют семь, я желаю посетить воинский лагерь, где ожидаю увидеть всех воевод и славных богатырей, дабы разработать стратегию подготовки к игрищам в честь поминовения моего венценосного предка.

Сандр по возможности величаво проследовал к выходу, с удовлетворением подмечая, как нехотя склоняются в поклоне головы подданных. Сердце выпрыгивало из груди от торжества момента. В это самое время, когда слуги уже распахнули перед ним двери, рядом раздался знакомый голос:

– Мой, господин, дозволь обратиться.

Мельком взглянув на говорившую, он коротко махнул рукой, делая знак следовать за ним. Конечно, он помнил эту высокую немолодую сухопарую особу, с совершенно лысым, как шар черепом, в неизменном наглухо застегнутом строгом темно-синем платье со стоящим воротником, с теми же неизменными скорбными линиями в уголках рта, и все с той же цепкой хваткой узких пальцев, когда в коридоре она взяла его под локоть.

Слегка поморщившись, он лишь продолжил неспешно путь, как подобает владыке, отрабатывая походку.

– Сандр, мой милый мальчик, как рада я тебя вновь видеть, – заворковала Мара, ключница и поверенная всех гнусных тайн покойного папаши.

Сандр удивленно поднял брови и едва не сбился с шагу.