Северное сияние

Но ты решил не замечать одно несоответствие

— Какое?

— Он наверняка сказал, что увидел во мне мать. Узнал по точно такому же лицу и волосам. А мать была первой красавицей. Посмотри на меня. И честно скажи, можешь ли назвать красивой?

Рыцарь молчал. Анника оказалась права. Он действительно не считал ее привлекательной или хотя бы симпатичной. Но не решился сказать об этом прямо.

— Вот видишь. Все, что вырывается изо рта тролля — ложь. От начала и до конца.

— Тогда как вы стали путешествовать вместе?

— Во время последней войны наша деревня оказалась на спорных землях.

Сначала всех мужчин забрали на работы. Там осаждали замок и нужно было вырыть подкоп. Потом явились фуражиры и отняли всю еду. А следом пришли шкуродеры. Воспользовались нашей беззащитностью. Меня и еще нескольких женщин уволокли с собой.

Анник замолчала. В полумраке было заметно, что она несколько раз открывала рот, но всякий раз осекалась. Пыталась подобрать слова.

Каспер решил ничего не говорить.. Девушка опустилась на кровать рядом с ним, закрыла лицо руками.

Какое-то время они сидели бок о бок, молодой рыцарь прислушивался к тяжелому дыханию Анники. Наконец, она выпрямилась и продолжила, стараясь сохранить ровный голос.

— Шкуродеры забрали нас в лесной лагерь. Надолго. Потом наигрались и выбросили. Я вернулась домой, а дома и не осталось. Все сожгли. Я скиталась без цели, пошла в соседнюю деревню. А по пути случилось чудо. Встретилась с нашими мужчинами, которые возвращались с работ. Вместе мы дошли до опустевшего селения и решили пока осесть там.

Но ужас на этом не закончился.

Каспера смутили детали в рассказе девушки, но пока не стал перебивать.

— Мы решили, что все плохое осталось позади. А на следующий день в деревню заехал тролль. Он зарубил всех мужчин. Моего жениха. Брата. Соседей. Всех, кого я знала. А меня забрал с собой. И уже три года мучает и заставляет приманивать для себя жертв.

— Подожди. Ты же Анника лон Даельц. При чем здесь деревня?

В темноте девушка взяла рыцаря за руку.

И провела своей ладонью по его. Каспер почувствовал сухую кожу и старые мозоли. Это определенно были не руки благородной девицы. А человека, который с детства приобщен к тяжкому труду.

— Меня зовут Илина из деревни Роцборче. Я крестьянская дочь. А Анника это целиком и полностью придумка тролля. Он мучал меня, пока я не стала отзываться на чужое имя. Но никогда не забывала, кто я и откуда.

— Значит, ты происходишь из маанотов?

— Это вы, господа, нас так называете.