Аристократ на отдыхе. Том 3

Пусть жандармерия потом разбирается — откуда взялся труп, который запутался в рыбачьих сетях, перегородивших Финский залив.

Интересно, не после такой ли вот встречи бесследно исчез внук старого графа-артефактора Вознесенского? Как его звали? Сашка?

Один из грабителей лениво качнулся мне навстречу. Руки в карманах брюк, голова втянута в плечи, челюсть угрожающе выпячена. На голове плоская кепка, глубоко посаженные глаза спрятались в тени козырька.

Ну, вот и повод отвести душу!

— Притормози, дядя, — хриплым прокуренным голосом сказал грабитель.

Он не успел договорить — я сходу ударил его кулаком в скулу. Бил с левой — чтобы грабитель свалился под ноги своим приятелям и помешал им напасть.

Боковой вышел точным и хлестким. Сила удара наложилась на скорость, с которой я шагал по мосту. Кепка слетела с головы парня, а его самого отбросило к перилам, по инерции он перевалился через них и тяжело рухнул в воду.

— Какого хрена? — удивленно спросил второй, делая шаг ко мне.

Он тоже не успел закончить фразу — не тот сегодня был вечер, чтобы выслушивать штампованные угрозы.

Я пнул его носком туфли в пах. Парень схватился обеими руками за низ живота, согнулся и застонал. Второй удар ногой — снизу в лицо — опрокинул его на спину. Затылок с неприятным хрустом ударился об асфальт.

Третий успел выхватить нож. Ему бы бежать и не оглядываться — только что один из его приятелей нырнул с моста, а второму размозжили голову. Но он бросился на меня, отважно и неумело размахивая складным ножом.

Не успел сообразить, или просто дурак?

Левой рукой я блокировал удар — кто же в голову-то ножом бьет? — а костяшками правой жестко ударил в кадык. Парень захрипел, выронил нож и схватился за горло. Не давая ему упасть, я ухватил его за шиворот и потащил к перилам. Он упирался — скорее из инстинктивного страха, чем от понимания происходящего. Я добавил ему коленом в копчик — так, что парня бросило вперед — а потом сильно толкнул между лопаток. Не издав ни звука, он исчез в темноте под мостом.

А я наклонился к третьему нападавшему. Он так и лежал, где упал — одна рука на отлете, вторая неловко подвернута. Под затылком по асфальту растеклось липкое темное пятно.

Никакой жалости к нему я не испытывал. Взялся за широкий пояс, который поддерживал штаны на его хилом теле, и тут в моей голове прозвучал голос Умника.

— Никита, ты очень занят? — вежливо спросил демон.

— Есть немного, — прохрипел я, поднимая обмякшее тело.