Акедия: Путь Духов. Том II.

Но я неумолимо шёл вперёд, изо всех сил стараясь не обращать внимания на происходящее вокруг…

И всё равно время от времени взгляд соскальзывал в сторону, и моему взору представали странные, жуткие, пугающие картины. 

Огромная, заплывшая жиром тварь, по телу которой, словно по горному склону, взбирались рогатые, краснокожие черти, несущие на закорках обрубки людских тел. Свою ношу они, ничуть не колеблясь, бросали в пасть монстра – и отправлялись за следующей партией.

Абсолютно голая змееподобная женщина, неспешно шествующая по узкой тропинке, простирающейся меж сотен и тысяч дрожащих, натужно хрипящих и стенающих, сливающихся в экстазе тел.

Были здесь и люди, и орки, и гоблины – даже демонам нашлось место в этой оргии гигантских масштабов…

От обилия деталей рябило в глазах, и я невольно задался вопросом - а сплю ли я вообще…?

Шаг, ещё один – как вдруг я, отвлёкшись на нечто, промелькнувшее прямо перед моими глазами, с ужасом осознаю, что наступать не на что. 

Падение…

Удар!

- …! – Я подскочил на холодном дощатом полу и обвёл тонущую в полумраке комнату неясным взглядом.

Завывал ветер, хлопали занавески, неистово трепещущие у настежь распахнутого окна, где-то очень далеко раздавались тихие, едва слышимые голоса… 

Моя комната. Не Ад.

Я, ощутив бегущие по лицу капельки пота, подтянул к себе сброшенное на пол одеяло и на секунду уткнулся в него лицом, после чего поднялся на ноги и, подойдя к окну, закрыл створки, трижды проверив, что все щеколды находятся на своих местах.

Странное, преследующее меня с самого пробуждения, - а прошло уже семь дней, - явление.

Каждую ночь я просыпался из-за похожих друг на друга кошмаров, вращающихся вокруг Ада и Грехов, обнаруживая настежь распахнутое окно. Независимо от того, как и с помощью чего я его закрывал, к моему пробуждению оно всё равно было открыто. 

Нормально поспать за эти дни мне удалось лишь дважды. Первый раз - на третий день, когда в комнате решил подежурить Хамор, попытавшийся разобраться в происходящем со мной.

Кошмаров в тот день хоть и не было, но окно распахнулось, изрядно напугав наблюдателя – с его слов, Хамор тогда никого поблизости не ощущал, хоть и пребывал в напряжении.

Второй же спокойной ночью стала шестая, перед которой я, сорвавшись, здоровенными десятисантиметровыми гвоздями намертво приколотил створки окна к раме…

… и на следующую ночь проснулся от перестука падающих на пол железяк - покорёженных, ржавых, рассыпающихся от одного лишь прикосновения.