Хранитель. Гражданская кампания.

Что ты видел, когда говорил за смерть?

В гостиной воцарилось гробовое молчание, к горлу подкатил ком.

- Через пять лет, если ошибусь, вы все погибните – слова давались тяжело – ещё через двести мир больше не будет нам принадлежать.

- Покажи – требовательно сказала Мери, достав артефакт. Взял его в руку, направив луч в стену. Ангел положила руку мне на плечо. Весь следующий час я снова переживал тот ужас поражения.

Когда артефакт потух, каждый думал о своём, но в итоге все снова смотрели на меня. Но у меня не было слов для них.

- Помнишь, Влад? – усмехнулась Хикари – всё или ничего? Что поменялось с тех пор?

- Количество мишеней…

- Тогда письмо герцога с приказом явиться в столицу, адресованное нашему герою, это именно то, что нужно для старта - улыбнулся де Ревель.

Глава 8

Как поведал нам де Ревель ломиться в столицу Долины, как лось сквозь горящий лес, никто не требует. В среднем по такому приглашению на награждение, разумеется, уходит месяц. Навести марафет, привести текущие дела в порядок, а не которым встать с койки после тяжёлого ранения.

Как ни крути, а заслуги перед Короной явно подразумевают не рекордную распашку целины под борщевик Сосновского.

С другой стороны, я не все, а всевозможные «друзья» ждут от меня ход кониной. Что же, их есть у меня для всех ждунов.

Первым делом, я перестал принимать лично всех страждущих, потрясти меня за руку. Эту очень важную работу я делегировал Софии. Спустя три дня, у той случился нервный тик, так как вместо финансовых дел рыжая, практически не переставая, общалась с разными личностями.

Правда, я забыл сказать ей: каждый второй пытался что-то выпросить на фоне нашей помощи пострадавшим горожанам. Как выяснилось, за время работы на мой род терпения у Софии прибавилось . А вот то, что у барышни тяжёлый удар справа, не знал никто, пока она не сломала нос хитрожопому просителю. Очередь умников резко рассосалась, как только услышала в открытом окне отборный мат из уст хрупкой девушки, а чуть позже мужика с разбитым лицом выкинули на улицу.

После этого потянулись слухи, что я приболел, забухал, лежу, переломанный в шести местах. Мои работники лишь загадочно хмурились, не подтверждая, но и не отрицая всевозможные дикие предположения.

Спустя неделю после получения волеизъявления герцога, я отбыл в столицу Долины в сопровождении сотни доверенных лиц, об этом знал примерно десяток разумных.

***

Аки, вернувшись домой, буквально упала лицом в ближайший диванчик.