Законы Рода. Том 4

Другие насмехались над тщетными попытками Пса. Отец же был другого мнения.

Мой отец не был столичным аристократом. Он тот, кто годы провёл в походах против монстров. И он знал и видел этот взгляд не раз и не два. Видел, как настоящие мужчины сражаются ради своих товарищей, не жалея своих жизней. Видел, как командиры бросаются навстречу жуткой твари, чтобы сберечь молодых бойцов, что ещё жизни не видели. «Король» бился за своих точно так же. И когда его ранили – то ли вражеская магия, то ли собственные зелья атаковали изнутри, и магия исцеления света перестала работать, его бойцы все как один бросились к нему.

Они прикрывали их главу своими телами, продолжая отбиваться от наседающих засранцев. А могли бы легко перебить врагов одной из сторон и отступить. Сил хватало. Но они этого не сделали… Они продолжали вести бой, постепенно получая ранения и выбывая из кровопролитной битвы. Словно гвардейцы своего короля, они жертвовали своими жизнями ради него и отданного им приказа.

«Убить всех атакующих. Остатки свиты этого "Короля" не трогать.

Оставьте их мне», — отдал тогда приказ мой отец. И люди императора доказали в считанные мгновения, в чём разница между истинно сильными людьми и отребьем.

— Кхе… Нашли нас всё-таки… Ну давай, делай своё дело, как тебе и положено… Эх, а ведь у нас почти получилось… — сплёвывая кровь, посмотрел лидер Псов на моего отца.

Последние его люди были на грани жизни и смерти в этот самый момент. Да и сам он больше походил на труп, нежели на живого.

— Ты был ликвидатором? — задал тогда вопрос мой отец.

— Какая разница?.. Ну, был… И до сих пор им являюсь…

— Разница есть. Я знаю, как твоё имя. Да, нехорошо с вами получилось. Жаль тебя и твоих ребят. И вдвойне жаль, что после всего этого ты пошёл по такой дорожке…

— Ничуть не хуже иных. И даже иногда намного благороднее, чем приёмы во дворцах зажравшихся аристо, посылающих сотни людей на убой.

— Возможно…

— Ну, добивай уже! Чего время тянешь?..

— Знаешь… Какой король, такие и подданные. Если ты умрёшь, вся эта шелуха рано или поздно вновь появится, начнёт грызться между собой и мешать простым людям.

Вновь прольётся кровь, и сыскари замучаются разгребать эту дурно пахнущую кучу в самом сердце империи. А если выживешь… Мне интересно, к чему всё это приведёт. Раз ты всё ещё считаешь себя ликвидатором, значит и клятву хранишь, данную в тот самый день…

Отец показал мне тот разговор таким, каким он остался в его памяти.

— Храню… — мужчина тяжело задышал, будто собираясь с силами.