Варленд: Время топора

Вне зависимости от расы. Ибо это свойство развивающегося разума. Но твой брат ошибся дважды. Пусть спустится на землю, признает это, и я извлеку клинки. Или пусть упорствует и мучается в бессилии своём их извлечь. Ведь некоторые ошибки может исправить только человек. Дракону не под силу извлечь мечи из ноздрей. Признай это.

Чёрный сделал круг по небу, и со всей скоростью, с оглушающим рёвом устремился к слепцу, чтобы сжечь его, растерзать когтями, задавить телом, разорвать на кусочки, переломать все кости.

Он нёс смерть!

Но Белый дракон вытянул шею, нависнув головой над Чини, как навес от дождя.

И река огня, опустившаяся с неба, бессильно сползла по голове белого дракона, потухнув от незримой защиты.

Иным бы показалось, что огонь поглотили сами «волоски». Лишь бард-менестрель видела, что абсолютную защиту дракону создают магические потоки.

– Довольно, Кьярд. Ты один виновник своей боли, – раздалось в голове Чини и чёрного дракона. – Скажи мне, человек, кто ты? И почему считаешь, что мы ошибаемся?

– Скажу, – пообещала Чини.

– Но за это и за то, что я вытащу из ноздрей твоего брата острые клинки, вы мне поможете.

– Мы никогда прежде не помогали людям, – признался белый.

– Ну же, Мар Хон. Эта боль нестерпима! – прервал чёрный, опустившись на землю и опустив голову подле Чини.

Теперь он походил на щенка, который крутится возле хозяина, желая привлечь его внимание.

Слепая дева, дождавшись кивка белого дракона Мар Хона, подошла и резко вытащила оба клинка.

Чёрный взвыл. Глаза намокли от боли и по чешуе щёк потекли крупные слёзы.

– Не двигайся! Я залечу твои раны! – закричала Чини, одной рукой коснувшись носа, а другой доставая флягу на поясе.

Зубами вытащив затычку, дева вылила остатки питьевой воды и подставила тару под щёку дракона. Драгоценные слёзы собрались в новый сосуд. После чего принялась врачевать раны манией природы.

Чёрный дракон Кьярд ощутил приятное жжение и не отвёл голову от руки человека. Лишь когда ощутил надвигающийся чих, резко отстранился, пальнув дымом.

Но не в человека, который, несомненно, заслуживал скорейшей смерти, а в сторону.

Мар Хон расплылся в своеобразной драконьей ухмылке, ощущая некую симпатию к этому странному двуногому существу. Дева была безрассудна, но несомненно умна и прекрасно понимала, что делает.

– Ты собрала драконьи слёзы? Зачем они тебе?

Чини не ответила, лишь скромно улыбнулась.

Чёрный, не понимая, почему он ещё не спалил человека, даже немного встрепенулся, прислушиваясь к себе.